— Берите себе помощника. Делайте, делайте, работайте, пока у меня есть деньги.

— Хорошо, займусь и этим.

— И побыстрее, вон людишек сколько желающих с моих пристаней грузиться, а может статься, что и ещё больше будет.

— Займусь, займусь сегодня же.

— И это ещё не всё, — продолжал кавалер. Он даже усмехнулся, видя, как изменилось лицо архитектора, Де Йонг, кажется, уже был напуган. — Прямо на этом месте начните строить ещё один дом.

— Ещё дверец?

— Нет, не дворец. Контору. Но такую контору, чтобы на две части была поделена, в одной части контора, а в другой — жилой дом. Чтобы приказчик тут же за стеной мог жить.

— Но зачем же вам нужен подобный дом, для чего вам контора? — удивлялся Де Йонг.

— То не для меня, — отвечал Волков, — то для герцога.

— Для курфюрста нашего? — ещё больше удивился архитектор.

— Не для него лично, а для его человека, так что делайте всё на совесть, пусть дом будет тёплый, а то зимой тут весьма крепкие ветра с реки.

Глава 53

Глава 53

Де Йонг слез с коня, чтобы открыть свои бумаги и записать все пожелания господина Эшбахта. Не дай Бог забыть что-нибудь из пожеланий господина Эшбахта. А потом, пряча грифель и закрывая папку с бумагами, архитектор уже думал, что на этом все дела с кавалером закончены, но он ошибался. Волков просил его ехать с ним дальше. И поехали они вдоль реки на юг, туда, где как раз сейчас строились и строились лачужки из глины и дерева для пригнанных кавалером крестьян. Домишки были дрянь, дранка, глина да некоторое количество бруса и кривых досок. Но ничего, ничего, для начала, чтобы зиму пережить, и это пойдёт. Кавалера радовало, что люди сами старались наладить своё жильё, клали в домах печи, за домами бабы уже разбили огороды, уже ковырялись в земле, чуть левее от берега уже как-то размечали наделы, а кто-то уже взялся и пахать хорошие куски. Козы на верёвках объедали хорошую, невыгоревшую от солнца траву на пригорках. Даже собаки откуда-то взялись, уже вдумчиво облаивали из-за угла проехавших.

«Ничего, обживутся людишки, лишь бы Ёган не ошибся, лишь бы земля тут у реки хорошей, плодородной была. Зиму переживут, я им помогу с едой, а дальше приживутся. Народец крепкий».

Проехали ещё дальше на юг, туда, за большой овраг, где уже кончалась хорошая земля и начиналась илистая грязь, не высыхающая даже в жару, туда, где были болота, которые Ёган ещё не осушил. Там было мало народа, мало новых домов, но людишки и тут уже обживались. Кавалер увидал собравшихся в кучу людей, мужики, бабы и дети среди них были. Они собрались вокруг Эрнста Кахельбаума, и, как ни странно, тут был и Фриц Ламме, а с ним ещё и крепкий человек из старых солдат. Люди были возбуждены; увидав всадников, Кахельбаум сразу направился к ним, за ним следом пошёл и Сыч, и все остальные также пошли к господину Эшбахта.