Он поймал отчаянный взгляд Инты и ободряюще улыбнулся ей.

– В общем, так, – не слишком четко проартикулировал Марк, борясь с искушением прикрыть глаза. – Арнис. Пока вот этот истово религиозный субъект жив, Инта и ты тоже не будете в безопасности. С другой стороны, я не исключаю, что он может быть прав, и вам действительно не стоит воплощать идею вашего патриарха. Может, ее лучше забыть. Лично я считаю… Что да, лучше забыть. Навсегда. Выкинуть на фиг ту папку… Потому что эта идея совершенно точно несет потенциальную разрушительную силу и, честно сказать… Выглядит как что-то, что в любой момент может ёкнуть. В смысле, стать совершенно неподконтрольным. В том мире, откуда ваш Язепс ее взял, она, по-моему, ни к чему хорошему не привела. – «Потому что Майя всеми силами хотела оттуда вырваться, и да, это необъективно, и да, ему плевать, она была хорошая, она ему нравилась, и если та альтернатива плоха для нее, значит, она плоха вообще». – Но… Так получилось, что решение за тобой. – Марк очень слабо улыбнулся. – Этот дом, в котором ты теперь дворецким – он на деле страшный особняк с монстрами в подвале. Ты можешь дать его взорвать, а можешь сжечь своими руками, а можешь сохранить для Инты, или можешь поселиться внутри сам… – «И у меня нет ни желания, ни намерения, ни, кажется, права как-то на это влиять».

Затем Марк всего лишь на минуточку отключился. А когда пришел в себя, обстановка в застекленном кабинете уже изменилась.

Судя по звукам, Арнис дрался с Керамбитом. Марк их не видел: ему и так еле удалось сфокусировать зрение на Бубне, да и то лишь потому, что друг находился прямо перед ним – не обращая внимания на заварушку (Бубен, да ты ли это?), он безотрывно таращился в окно.

Дрожь не проходила. Или, может, это все-таки его самого трясет? В голове начиналось что-то нехорошее: что-то там пошло вразнос, как тогда, в воображаемом городе, выстроенном Йорамом внутри его собственного сознания.

Бубен резко обернулся и рявкнул что-то, а потом кинулся к Инте и схватил ее за руку. Марк не понял ни единого слова. Мысли, зрительные образы – все разбегалось, ускользало. Бубен уже стоял перед ним, тряс за плечо, вопил буквально ему в лицо, и Марк с огромным усилием сосредоточил-таки внимание на словах и кое-как разобрал: «волна». Волна? Это хорошо, волна. Поток. Чего он так орет?

А потом безо всяких усилий ментальные щупальца Марка выпростались наружу, за пределы его тела, за стены здания, и он увидел ее – волну. Большая приливная волна катилась со стороны залива прямо на город. Очень высокая – хотя «Куруруза», определенно, окажется выше. Но устоит ли? А другие дома…