— Может, его решение изменится, когда он узнает о возможности вернуть жизни ему, его сыну и всем желающим.

Роб умолк, вновь погрузившись в воспоминания. Тем временем и меня принялась нещадно одолевать тоска по временам, проведенным вместе с Элизабет. Да, пусть мы и знали друг друга совсем мало, но я чувствовал к ней что-то невообразимое, что невозможно описать ни одним словом на всех языках, когда-либо существовали на планете во все времена.

«Мы называем это любовью. Но, справедливо ли я поступил, оставив ее одну? Не разумнее было бы поступить иначе? Вернуться в тоннель и принять смерть? И в самом деле, чего я терял? Все, кого я хотел защитить — мертвы, пленены оковами подземелья на долгие века. Может, мое место среди них? Может, все пять лет боли и страданий, переживаемых день за днем, все они казались бы для Лизи хоть немного легче, будь я рядом? Ей весьма трудно приходилось все это время, а я… Что, в конце концов, сделал я? Прожигал жизнь, опустив руки?» — Вывод напрашивался сам собой.

Если бы не случайность, я бы не оказался тут, хотя мы все понимаем — случайность и совпадение — слова чуждые в большой закулисной игре, именуемой политикой, часто грязной и несправедливой, а порой и безжалостной.

«Прости меня, Лизи. Я сдался, перестал верить в собственные силы, верить в мечту. Верить в невозможное, самое немыслимое и безумное. Забыл. В мире еще миллионы тайн и кто знает, что именно подарит реальность в ответ за верную и самоотверженную службу, в благодарность за веру и надежду».

Лиз. Она будто бы рядом. Ее губы. Словно они притронулись к моим. Закрывая глаза, я видел перед собой ее ласковый образ. Она улыбалась так искренне, что мое сердце наполнилось теплом и радостью. — «Лиз, спасибо, что ты так неожиданно вошла в мою жизнь». — Нашел время для нежностей, болван.

Чем дальше тянулось время, тем мои мысли делались все более запутанными и в то же время романтичными, возвышенными и живыми. Черт побери, почему так сильно билось сердце? От чего сводило дыхание и путались слова в голове…

— Рэт, прошло уже шесть часов. — Недовольный голос Тимофеева нарушил тишину, и я вернулся в реальность. — Сколько еще ждать, в конце то концов?

— Не знаю. — А что я мог ответить, я не провидец, к большому всеобщему сожалению и разочарованию. Если кто-то наивно ждет от меня чуда, то напрасно.

— Кто он вообще такой? — Далее майор старался говорить полушепотом, словно опасаясь чего-то или кого-то.

— Друг детства. Я знал его много лет, еще со школы. Он надежный, поверьте мне. Стивен справится и не предаст.