— Хоть и поздно, но сдержали…
— Кхм-кхм… — Капитан Васнецов умел появляться всегда «вовремя», пора бы уже привыкнуть (или ему надоели наши розовые телячьи нежности). — Карета ждет, голубки. Пора… Едем выбирать вам жилье, где вы проведете остаток жизни, хотя, нет, остаток — это ко мне, но, дедушка еще молоденький. — Шутка, впрочем, не удалась, никто не засмеялся, увы. — Спасибо вам за помощь в развитии науки. Теперь мы научились воскрешать мертвых…
Думаю, капитану уже изрядно надоели наши розовые грезы, и он хотел поскорее остаться наедине, может, даже выпить, а посему и спешил отделаться от нас поскорее.
— Ах, спасибо вам, капитан Васнецов. Это ведь вы капитан, да? Мне говорили о вас. — Лизи улыбнулась.
— Да. Это я. — Мужчина улыбнулся в ответ, и, вовсе не из вежливости.
— Но, все-таки зачем? — Спросил я. — Зачем вам воскрешать мертвых? — И что я нес? Элизабет ведь рядом, мог бы и поумерить свое любопытство. Точно, когда-нибудь привычка совать свой нос в чужие дела, меня и сгубит.
— Государственная тайна. — Отнекивался было Васнецов, потирая затылок и бросая в мой адрес придирчивые взгляды. Еще немного, казалось, и очередная поговорка полетит в мой огород, будто камень (или как правильно сказать). Например, про любопытную Варвару.
— То есть, вы утаили от нас что-то? — Пристально взглянул в уставшие глаза собеседника, прекрасно понимая, нас всех окружают тайны, кого-то больше, кого-то меньше, но безгрешных тут нет.
— То есть, я и сам не знаю… — Капитан улыбнулся. — Это дело слишком недоступно для нас. Что ж, мы сделали кое-что для тебя. Теперь Элизабет может говорить по-русски.
«Действительно, а я и не заметил поначалу, будто мы всегда свободно общались на новом для нас языке». — Вот дела, я настолько привык к новым словам, что даже не заметил.
— Надеюсь, навык останется. Мы впервые вживляли знания в мозг, если можно так выразиться. На воспоминания это никак не повлияло и не могло повлиять, их хранит душа, в отличие от языка, запечатленного в мозгу. Душа умеет передавать мысли напрямую, им не нужны ни слова, ни языки. Ладно, не буду нагружать вас ментальной филологией. Вы будете помнить все, что с вами происходило ранее. И во время смерти в тоннеле, к сожалению, тоже.
— Спасибо вам, капитан, вы хороший человек. — Произнесла Лиз, чем, казалось, смутила его — офицера элиты, пусть я и не любил это слово, но элита России куда благороднее, нежели «псы системы» Далласа, пусть и не все, ведь мы с Робом тоже из породы псовых.