— Отстрелялись, а ему хоть бы хны. Чертов стражник. — Вилмер чесал подбородок и хмурился. — Что теперь будем делать? Есть варианты?

Очевидно, вариантов не было, и кардинал тяжело вздохнул.

Через мгновение всего на секунду все вокруг озарило фиолетовое зарево. Картинка пропала вновь. Я так и не понял, что же случилось и не показалось ли, но судя по выражению лица Вилмера, понял, что все-таки увиденное — реально.

Вилмер широко открыл глаза и ухватился обеими руками за голову. Рот его приоткрылся, будто кардинал впал в оцепенение.

— Нет, братья, нет! — Кардинал еле мог говорить и последнее слово произнес шепотом.

По его лбу струйкой пробежала испарина.

— Как же так? — Через время выдавил он. — Неужели мои братья… Мои братья… Мертвы.

Меня будто ударило током. Мертвы? Сперва я даже не поверил своим ушам. — «Нет, это не может быть правдой, просто помехи».

— Что? Почему ты так решил? — Спросил я, надеясь на лучшее.

— Потому что я не чувствую их. Мы все связаны невидимой ментальной нитью. — В голосе кардинала не было ни злости, ни страха, никаких эмоций, кроме отчаяния. — Братья погибли из-за меня. Где же мы просчитались?

«Что же теперь будет с нашим миром? Ведь эта троица в черных мантиях — последняя наша надежда на спасение». — До сих пор я был уверен в том, что все обойдется, но червячок уныния уже точил меня изнутри.

— И из-за нас с Элизабет. — Грустно прибавил я. — Мы не желали смерти. В последнее время мы даже немного поладили.

Чёрное и белое никогда не относится к людям. Теперь я понимал это. Человек не может быть полностью плохим или хорошим. В каждом из нас сражается свет и тьма, и какая сторона победит, зависит порой только от нас самих.

— Прости, сестра. Но… — Голос Вилмера дрожал. — Мы проиграли. Простите меня, братья!

Слова кардинала и меня вводили в ступор и состояние фрустрации. Волосы встали дыбом. Я понимал, что если ничего уже не поможет, то и Элизабет ждёт смерть. Как и нас всех, если пожирателей не удастся остановить. И выбора нам никто не предоставит.

Картинка на руке Вилмера проступила вновь. На ней было видно, как один из кардиналов нес на плече другого и тяжёлым шагом уходил прочь от пушки. Что было с другим, из-за сильных помех понять было весьма трудно, но, кажется, руки и ноги были на месте. Кто именно был в сознании, мы тоже не поняли, поскольку не смогли рассмотреть лиц.

— Эй, смотри! — С нескрываемой радостью сообщил я. — Один точно жив! Может и второй тоже, только ранен! Может, все обойдется. — Мне не хотелось ещё смертей.

— Братья! Но я не чувствую вас, неужели наша ментальная связь была разорвана? Как же вы напугали меня! — Сперва тон Вилмера сделался куда веселее, но вновь покрылся налетом тревоги. — Что? Понял! Ричард, готовь реанимацию!