Нея буквально рухнула в кресло: «Ева сошла с ума. Какие игрушки? Илланцы».

Они выстроились в линию и опустили головы.

— Кто вы? — спросила Нея.

— Я — номер 47, — ответила женщина. — Он, — она указала на мужчину, — номер 103. Ребёнок— номер 201. Ребёнка вы называли удачным экспериментом.

Нея решилась подойти к ребёнку, коснуться его, возможно, обнять: «А вдруг он живой, настоящий?» Она инстинктивно направилась к нему, но наткнулась на что‑то, что её остановило. Видимой преграды не было, но она ощущалась физически, как попытка плыть против мощного течения, с которым невозможно бороться. Нея догадалась: «Волны. Система защиты Евы».

— Чей ребёнок? — спросила она.

— Мой. Я его родила с двухсот первой попытки.

Нея замерла в недоумении, ей отчего‑то сделалось жутко. «У мальчика номер 201. Число попыток самовоспроизведения. Ясно», — ужаснулась она.

— Кто отец?

— Номер 103. У остальных предшественников ничего не получилось.

Нея на некоторое время замолчала, понимая, что имеет дело с искусственным интеллектом, заключённым в биологическую оболочку. Она пыталась успокоиться и собраться с мыслями.

— Расскажи о себе, номер 47, — попросила она женщину.

— Модель, неотличимая от илланцев, могу производить потомство на свет. Биологический робот.

— Нет, — не согласилась Нея. — Саморазвивающийся интеллект? — уточнила она.

— Да. Быстро обучаюсь. Выполняю любую работу. Могу довольно сложную — интеллектуальную. Вы давно не приходили, хозяйка. Мы сидели в темноте. Это скучно. Но у нас всё есть для выживания биологической оболочки — еда, душ и прочее.

Полукруглая стена позади номера 47 разъехалась шире, и Нея увидела обстановку, характерную для быта илланцев.

— Я не хозяйка, — вдруг возразила Нея. — Ты это понимаешь.

— Я это вижу, — подтвердила номер 47. — Идентификация на Еву не прошла. Но вход сюда знает только хозяйка. Только она одна. Значит, логично предположить, что теперь это вы.

— Вам идёт новая внешность, — сделал комплимент номер 103.

— Я подрос. Вы заметили? — с гордостью спросил мальчик.