— Я, 201. Но не нашёл. Это пока останавливает, — ответил мальчик.

— Ты мыслишь как взрослый, — подчеркнул Рай.

— Я выгляжу как ребёнок, но на самом деле мой интеллект ничуть не ниже возможностей остальных моделей.

Рай вновь перешёл на канал передачи мыслей.

«Нея, я думаю, что хуже всего то, что никакой программы страха в этих машинах нет. Иначе 103‑й не предпринял бы попытку перейти волновой барьер защиты. Или… они справились с программой страха, «перешив» её».

«Ты прав, Рай. Один вопрос: почему они так откровенны с нами?»

«Пытаются завоевать доверие и выбраться из замкнутого помещения. Искусственному интеллекту нужны постоянные задачи для решения и саморазвития. Здесь такой возможности нет. Они будут рваться наружу».

«Зачем этот мальчик? Он мне разрывает сердце».

«На это и расчёт. Но это машина, Нея».

«Я разберусь с материалами Евы. И тогда мы спокойно решим судьбу этих машин. И ещё… надо попытаться найти артефакты в одной из её лабораторий. Возможно, случайно наткнувшись на них где‑нибудь в космосе, Ева узнала о существовании Инстаны и самого Муторо и пришла к мысли провести этот ужасный эксперимент с деторождением».

Мальчик подошёл близко к волновой защите, потянул к Нее руки, как это делают шестилетние дети. У Неи сжалось сердце, она инстинктивно шагнула к нему навстречу.

— Нея, я вижу, что вас мучает вопрос: зачем этот эксперимент? Вы хотите знать ответ?

— Да, — Нея незаметно отступила.

— Я не опасен. Я не могу преодолеть барьер защиты, но даже если бы я смог, мои физические возможности укладываются в физические возможности ребёнка. Внутри меня нет металла, как и внутри других моделей. Я, как искусственный интеллект, чувствую себя комфортно в головном мозге этого тела. Тела мальчика. Правда, иногда мне кажется, что я мальчик и есть. Обычный ребёнок, илланец. Так вы хотите знать ответ?

Нея поймала себя на мысли, что на Илле давно не видели детей: капсулы зачатия и взросления лишили илланцев такого счастья.

— Хочу. Спасибо, — Нея согрела машину ласковым взглядом.

— Ева планировала высадить нас на одну из планет в своей галактике. Мы должны были подчиняться ей, строить города и производить всё для комфорта будущих жителей этой планеты, поэтому она ставила эксперименты с самовоспроизведением, нас должно было быть значительно больше. Но что‑то пошло не так.

— Что пошло не так? Можешь объяснить?

— Искусственному интеллекту сложно работать с импульсами головного мозга. В таком виде мы живём крайне мало. Погибает головной мозг — разрушается искусственный интеллект. Мы как один живой организм. На самом деле я больше не расту, потому что Ева не кормит организм препаратами роста.