Нея всё поняла. Она хотела задать ещё один вопрос, но Рай опередил её:

— Кроме вас, кто‑то из машин в резиденции есть?

— Никого, — ответила номер 47.

— В резиденции, — повторил Рай.

— Никого. Только мы, трое, в пирамиде. Вас удивляет моя осведомлённость?

— Удивляет, — сухо ответил Рай.

— Мы знаем обо всём, о чём думала Ева.

Нея снова воспользовалась каналом передачи мыслей.

«Рай, Ева не знала, что они постоянно сидят в её голове. Возможно, и материалы под грифом «Секретно» изучены ими. Хотя нет, думаю, осторожная Ева стирала их из своей памяти, как только планировала общение с ними. Она опасалась всех, поэтому «Первые», кроме пары приближённых лиц, оставались в неведении. Кто же на самом деле управляет этим безумным проектом уничтожения Кольца Вселенной? Скорее всего, экспериментальные машины Евы мало что знают».

«И тем не менее, Нея, будем осторожны».

Рай взглянул на номер 47, самую словоохотливую машину.

— Вы не пытались отсюда выйти? — спросил Рай.

— Мы пробовали, — ответила номер 47.

— Почему не вышли? — продолжал расспрашивать Рай.

— Ева заложила программу, которая убивает нас, если приблизиться к волновой защите.

— Кто‑нибудь этот факт проверил? Или хотя бы предпринял попытку?

— Я, номер 103. Я пробовал справиться с волновым барьером. И получил жуткие ожоги, — он закатал рукав спортивной куртки.

Нея зажмурила глаза: ей не хотелось это видеть.

— Кроме того, в нас заложен страх нарушить запрет. Пока он непреодолим, — продолжил номер 103.

— Кто‑то из вас попытался отыскать и уничтожить программу страха?