Потом я вырос, занялся заделкой лакун в своем образовании и понял – почему.

Эта фраза – вот из этого стихотворения:

Я хочу,

   чтоб к штыку

           приравняли перо.

С чугуном чтоб

           и с выделкой стали

о работе стихов,

           от Политбюро,

чтобы делал

        доклады Сталин.

Знаете, что самое смешное? Он бы такой доклад сделал. Легко, и с полпинка. Можно даже без подготовки.

Углубившись в документы тех лет, понимаешь, что Сталин читал невероятно много. Не вру, полное впечатление – он читал вообще всю современную литературу, которая выходила, включая совсем уже лютую белиберду.

Более того – в письмах к Горькому он страницами обосновывал, почему лютая белиберда является лютой белибердой:

«Пьесу Спиридонова «26 коммунаров» читал. Пьеса, по-моему, слабая. Это – рассказ, порой неряшливый рассказ, о событиях громадной важности, внутренняя связь которых не понята автором».

И дальше – реально страницами! – о логических провалах, исторических ляпах автора, о том, что фигура Петрова вышла хорошо, а фигуры Сандро и Макдонеля – всего лишь недурно. И все это – чтобы резюмировать:

«В общем, пьеса слабая.

Ну, хватит.