«Пошли кузнеца Пупкина кадрить, а?» – предложила Вторая.

«А, пошли!» – огорошила её я.

Глава 50. Сердитые булки

Глава 50. Сердитые булки

От кузнецовой жены я удирала под оглушительный хохот Второй в голове. Ну, и дела! Подумаешь, заказала выковать мне тиару с самоцветами и случайно задела ножкой его ножищу. Точнее, это всё были прихоти Второй, я лишь подыгрывала ей. Кто ж знал, что мужичок воспылает и внезапно окажется женатым на кузнечихе в полтора раза крупнее его?

Но, как говорится, во всём есть плюсы: в воскресенье вечером Гедеон приехал, чтобы забрать меня утром. Сердитый! Сердито обнял меня до треска в рёбрах, как в последний раз, сердито поцеловал и ещё сердитее прорычал, что ужасно сердится.

Эх... Прощай, свобода, да здравствуют приключения!

Я ещё не подозревала, насколько судьбоносно наприключаюсь.

***

А пока, дабы скоротать время, я напекла нам в дорогу пирогов и нервно их точила, пока Гедеон сердито пыхтел и думал о своём, о грустненьком. Кручинился, в общем, даже к выпечке не притронулся.

«Сами слопаем. Нам больше достанется», – фыркнула Вторая.

Мне оставалось только есть и нервничать, нервничать и есть. И вообще, я голодна, как модель на диете!

Расстега-а-ай... Шанежка... М-м-м!

Я ночная жрица еды. Я ужас, летящий на крыльях-чебуреках!

А вот кулебяк в этот раз у меня не было. Всё из-за их названия, которое теперь ассоциируется у меня не с тем, с чем надо.

Случай этот не столь давний, и не особо яркий, но почему-то осел у меня в памяти.

В тот день мы с Аристархом сидели у меня на кухне и собирались пить чай с пирожками. Бывший друг вдруг ляпнул:

– Кулебяка. Бяка, – понятное дело, это была всего лишь игра слов, но обидно же!

– Ты и тут умудряешься обосрать меня! – разозлилась я.