– Э, нет! – Вторая поняла, к чему это я. – Я тебе не враг, Жупа, и никогда им не была. Мы с тобой магические близнецы, а значит, почти одно целое.

– Зачем ты тогда моё тело захватывала?

– Ну, это ясно, как в воду пукнуть: чтобы настроиться на разделение. Представь, мы бы разделились, а я в новом теле вела бы себя, как младенец.

– А мне сказать не судьба было?

– Твой Гедеон – тот ещё паникёр! Он нашёл бы способ, как обратить разделение и превратить меня в обессиленного призрака. Так что всё это время я оберегала твоё счастливое неведение.

– Дела...

– Но, сестрица, не при женихах будет сказано, мы с тобой неразрывно связаны: умрёшь ты, умру и я.

– П-почему? – кажется, я в очередной раз в шоке.

– Нас с тобой держит сила. Когда мы разделялись, между нами оборвались не все каналы связи. Подозреваю, что папашин дар нам передался один, но со временем удвоился по мере нашего роста или в результате мутации.

– Откуда ты столько всего успела узнать?

– Из твоей головы, конечно же!

– Да ладно? А почему я этого не знаю?

– Потому что у тебя одна любовь на уме. А я жить хочу. И здравствовать!

– Ты считаешь, что выдавать нас обеих за одного человека – это хорошая идея?

– Если кто-то узнает, что мы взаимозависимы, от нас избавятся в два счёта. Гораздо эффективнее создать легенду, что мы – это неуязвимая бессмертная богиня.

– Мы даже даром как следует не умеем пользоваться. Какая из нас богиня?

– Как раз для этого мы должны отправиться в Тусер, чтобы папаша с дедом нас всему обучили. К тому же пора раз и навсегда избавиться от этой мокрощёлки Нотеши, пока она не завербовала нового любовника убить нас.

– В смысле избавиться? Убить?

– Я бы убила, но не хотелось бы, чтобы делом жизни мачехи стала расправа над нами. Поэтому кровной клятвы о ненанесении вреда и пожизненного заключения в монастыре будет достаточно.

– Не знаю... – в душе у меня поселилось смятение. – Я видела свою жизнь не такой. Я хочу тихо жить в своём доме с любимым мужчиной.