Он замолкает и потирает глаза, устав от своих рассуждений.

– Как только они получат, что им нужно, то двинутся дальше. Они внедряют идеи и ждут, пока почва достаточно подгниет.

– И ты помогал им разносить этот гной, – строго говорит Нуала.

Он прикрывает лицо ладонями.

– Я знаю. Извините.

Нуала задумчиво прищуривается, не сводя с него глаз.

– Я потерял кое-кого из-за Домохозяйки, – мрачно говорит он. – А потом рядом со мной оказались «Дети». Они сказали, что мы с друзьями были грешниками, что мы использовали силу греховным образом и что единственный способ обрести благодать – спасти как можно больше людей от той же… участи, я полагаю. Ты спросила меня однажды, почему я ненавижу геев, Мэйв, но я их не ненавижу. Я и тогда не ненавидел. Я сказал, что это Бог их ненавидит.

Во мне закипает ярость.

– Как может любящий Бог…

– Но я считал, что мой Бог не такой, – выдыхает он. – И никогда не был таким. И когда такие люди, как я, слышат таких людей, как ты, людей, которые думают, что Бог просто… любит всех, независимо от того, что они делают, даже если это противоречит Библии… мы считаем, что вы просто наивны. Что вы намеренно отрицаете Слово Божие.

– Не тебе говорить мне, что думают такие люди, как вы, – язвительно отвечает Нуала. – Ирландия была построена на таких, как вы. Люди всю жизнь сидели в тюрьмах из-за фанатизма.

– Я не отрицаю, что заслуживаю наказания, – говорит Аарон. – Я признаю, что и меня увлекла… гонка за властью, полагаю. Но я всю жизнь слышал от таких людей, как вы, что я должен изменить свои взгляды. А теперь, когда я изменил их, когда я пытаюсь все исправить, вы не хотите меня слушать.

Я смотрю на Аарона и Нуалу и замечаю, что они борются между собой взглядами. Такое ощущение, что передо мной схватились в безмолвной драке две невидимые силы. Наверное, примерно так это выглядело в прошлом году, когда мы с Нуалой ненадолго заняли сознание друг друга. Раньше я никогда не наблюдала за таким мысленным погружением со стороны. Оба абсолютно неподвижны, как встретившее человека дикое животное.

Потом мышцы Нуалы расслабляются, и ощущение борьбы пропадает.

– Ну ладно, Аарон, – говорит она нараспев. – Полагаю, пора приступить к делу.

Интересно, я когда-нибудь узнаю, что происходило между ними? О чем думали Аарон и Нуала в тот момент, и общались ли они между собой?

Тут в лавку заходит Манон, держа в руках два стакана кофе из «Брайди», и тут же безошибочно оценивает обстановку.

– Ты выпила зелье, – говорит она раздосадованным тоном.