— Хм… Смотри только не перепугайся, когда разузнаешь.

— Что?!

— Может, нам с тобой лучше и не знать, что стоит за свитком…

Я невольно замер. Меня будто парализовала некая сила, таившаяся в словах доктора Масаки. Небывалые события, неслыханные враги, беспрецедентные, загадочные происшествия… Все это то ли взаправду подтолкнуло его к решению совершить самоубийство, то ли заставило бравировать темой и перевести ее в шутку.

Не в силах сопротивляться, я опустился в кресло, поверженный нечеловеческой храбростью доктора Масаки.

— Хорошо… Тогда я не выйду отсюда, пока мы не отыщем преступника. Я не тронусь с места, пока ко мне не вернется память и я не разгадаю тайну этого свитка! Вы согласны, профессор?

Доктор Масаки не ответил. Склонившись, он бросил окурок в пепельницу-даруму, сгорбился и облокотился на стол. Хитро поглядывая на меня, он насмешливо ухмыльнулся: холодная улыбка и уголки его рта словно скрывали некий секрет.

Я чуть подался вперед. Меня охватило непонятное возбуждение, все тело будто горело огнем.

— Вы ведь согласны, профессор? Отыскав преступника, я отомщу за семью Курэ — Итиро, Моёко, Яёко и Тисэко. Кем бы ни оказался тот человек и что бы он мне ни сделал… Понимаете? Я не желаю провести всю жизнь из-за этого негодяя в аду умалишенных!

— Что ж, попробуй, — с подчеркнутым безразличием произнес доктор Масаки. Он закрыл глаза, словно марионетка, и на лице его появилась какая-то странная улыбка.

Ощущая свое бессилие, я снова заерзал.

— Вы согласны, профессор? Я сам примусь рассуждать… Прежде всего, предположим, что я не виноват. И конечно, не стоит верить деревенским жителям, которые болтают, будто свиток сам выпрыгнул из статуи бодхисаттвы Мироку прямиком Итиро Курэ в руки.

— Ага…

— Итак, тетка и мать души в Итиро Курэ не чаяли и точно не показали бы ему этот страшный свиток. Да и старый батрак Сэнгоро определенно не такой человек. В храме служат роду Курэ и молятся за его благополучие, поэтому, если бы там нашли свиток, его бы обязательно спрятали. Получается, преступник — человек посторонний, которого никто не мог заподозрить.

— Само собой, — неохотно согласился доктор Масаки.

Он приоткрыл глаза и посмотрел на меня: мутный, жесткий взгляд никак не вязался с улыбкой. Доктор Масаки снова закрыл глаза.

Я нетерпеливо продолжил:

— Разве в своем расследовании доктор Вакабаяси не указывает на подозреваемого?

— Кажется, нет…

— Ни слова об этом?