На краю Джульетта заметила того самого француза из числа Белых цветов, который следил за ними в поезде. Ее бросило в жар, адреналин побежал по венам – ей было тепло, несмотря на то что ее обнаженные руки – на ней было платье без рукавов – обдувал холодный ветер.
Она сняла пальто нарочно, желая сразу привлечь внимание толпы к ее расшитому бисером платью.
Этот план сработал.
* * *
Венедикту надо было действовать быстро, но это было нелегко, поскольку его ладони взмокли от пота. Он укрепил шланг на крыше здания и нацелил его на толпу внизу. Они с Джульеттой украли много бензина. Это должно сработать, и ему никак нельзя провалить задание.
От этого зависит слишком многое.
– Ладно, – пробормотал Венедикт. Кажется, все было готово. На улице внизу Джульетта приблизилась к толпе, подняв руки и не обращая внимания на то, что люди повторяют ее имя.
– Я безоружна, – крикнула она.
Венедикт спустился с крыши и торопливо возвратился к бензину, оставшемуся в пожарном автомобиле. Он уже давно не молился, но сегодня был намерен обратиться к Богу впервые за много лет.
* * *
Джульетта медленно подняла руки, показывая, что у нее нет оружия.
– Я безоружна, – повторила она. Толпа затихла. Что бы ни говорил Дмитрий, ему тоже пришлось замолчать, и он уставился на нее. На лице Ромы отразился ужас. Он ничего не говорил, не выкрикнул ее имя, потому что понимал – она что-то задумала.
– Ничего себе. Я не верю своим глазам, – проговорил Дмитрий. Он махнул рукой, и ближайший к нему вооруженный рабочий навел на нее винтовку.
– Вы можете обыскать меня и убедиться, что у меня нет оружия. У меня есть только моя жизнь, которую я хочу обменять.
Дмитрий запрокинул голову назад и громко захохотал, заглушив потрясенный вскрик Ромы и недоуменное бормотание Маршалла.
– Мисс Цай, почему вы решили, что у вас есть что-то ценное для обмена? – вопросил Дмитрий, снова переключив внимание на нее. – Я могу приказать просто пристрелить вас…
– И что потом?