– Могла, потому что и сейчас этого опасаюсь. Царь-то в Польше теперь другой. Или король у них?

– Король. Паписты они, к православным относятся без особой почтительности. Как и австрийцы, и венецианцы. А поляки ещё и униатство насаждают среди православных. Грызня между святыми отцами всё никак не прекращается, а к ней и дворянство католическое причастно. Да не твоя это забота, – спохватилась Строганова. – У нас и со своими православными старообрядцами тоже порядка нет. Ты у себя на Амуре одним действием от этих хлопот избавилась: с шаманами общаешься, с иноверцами велишь не лаяться. Не столпотворения ли вавилонского добиваешься?

– Оно бы там не помешало, – вздохнула моя реципиентка. – А то идёшь по реке целый день, и ни души вокруг.

– Ишь, распридумывалась! Турок на западной стороне Днепра станет сильнее нас, если мир с Великой лигой заключит. Мы и без того только защищаемся, а что делать, если он на нас попрёт? – выразила озадаченность царевна.

– Сама ведь понимаешь, войско нужно собирать и к войне готовить, – развела руками Софочка.

– А многие полки стрелецкие Петруша в Сибирь направил. Он, видишь, не любит их и хочет заменить войсками нового строя, но те дороже обходятся. Да и на верфь Ладожскую денег уходит без счёта.

– В навигацию мы сможем помешать османам перебраться через Днепр, но зимой по льду они пройдут беспрепятственно, – согласилась адмирал-мэм. – Полевые работы к этому времени завершены, значит, провизию можно перевезти в городки и крепостицы вместе с бабами и ребятнёй. Укрепления поправить, мужиков вооружить и обеспечить огненным зельем. Пока лёд не сойдёт, будут они в ополчении. Враг, вступив на нашу землю, окажется в пустоши и начнёт ломится в городки, чтобы не помереть от голода. – Сонька сдвинула треуголку набекрень и почесала под основанием косы. – А гвардейским рейтарам и драгунам придётся пошевеливаться, мешая штурмам и осадам. Ну и конницу боярскую подогнать не лишним будет. Да не смотри так укоризненно, канцлер! По бескормице вражье войско рассеется, а уж там сама увидишь, кто из твоих воевод самый ярый, а кто самый распорядительный.

– Ты ступай, Жданова, – задумчивым голосом проговорила Строганова, усаживаясь за стол и укладывая перед собой лист бумаги. – Этой зимой турки с цесарцами вряд ли помирятся, а там реки вскроются, и твои лодочники начнут возить по ним пушки. Примерно год у нас имеется. Подготовимся.

* * *

Моя реципиентка, поскорее завершив дела в нынешней научной столице России, поскорее переехала в Архангельск: заканчивался октябрь, и пришло время дожидаться из-за моря мужа и детей. А здесь новость: первый русский корабль, построенный в качестве военного, вернулся из похода к Ямалу, одержав победу над судном неизвестной принадлежности, искавшим путь к Мангазее. Нет, не потопил и не взял на абордаж, но обратил в бегство. Тому хватило четырёх попаданий бомбическими 122-миллиметровыми снарядами, чтобы принять правильное решение.