Между тем ещё в октябре в Карловицах – это где-то в зоне соприкосновения войск Турции и Великой лиги – уже шли переговоры о мире. Шли они не слишком удачно для России: союзники преследовали собственные интересы ради присоединения территорий к своим странам, а требования наших дипломатов не поддерживали, оставляя их один на один против общего врага. И тут начался набег с востока, заметно изменивший расклад сил новой угрозой. Турки сделались заметно сговорчивей и уже в январе заключили с Россией мир на двадцать пять лет, по которому отдали Очаков. Больших притязаний наши не выдвинули потому, что остальная часть правобережной Украины считалась польской территорией.

Не помню я ничего по этому вопросу из истории моего времени, но Крым и юг Украины наши отвоёвывали при Екатерине Второй – притчу о «потёмкинских деревнях» забыть мудрено. Про Крым на этих переговорах «забыли». Думаю, умышленно, потому что на обратном пути войско «наших» степняков даже не подумало отклониться в сторону Перекопа, а прошло по русским землям через те же пункты питания. Возвращались они с добычей, то есть гружёные – недосуг им было отклоняться от наезженного маршрута. Полон (а пленников они традиционно захватили немало) распродали уже на нашей земле: работорговля нынче и на Руси из обихода не вышла.

Вот так с минимальными усилиями и без потерь с нашей стороны закончилась эта длинная война. Мне понравилось, что Пётр проявил себя зрелым мужем, нашедшим удачное решение. Но на Запад он обиделся, потому что в Карловицах присутствовали и голландцы, и англичане. Забот об интересах России они не выказывали, а наоборот, всячески старались о них позабыть – немудрено, потому что усиления её на Чёрном море не желали.

Уже весной из Дона вышли построенные там по классическим технологиям дубовые корабли (среди которых кроме пинасов имелись и линкоры, пусть не самые крупные) и перешли в Очаков. Теперь появилась возможность блокировать этот непотопляемый авианосец с моря. Государь явно склонялся к методическим, последовательным действиям. Командовать Черноморским флотом он назначил капитана Кузнецова, до сего момента водившего по Баренцеву морю «Зяблик». Звание ему было назначено «капитан-командор», принятое сейчас для лиц, начальствующих над флотами и речными флотилиями. Звание адмирала носит пока одна только моя Софочка, но оно скорее почётное, чем рабочее.

Пётр уже явно занимается созданием табели о рангах, поскольку всякие постельничьи и окольничьи кому угодно шарики за ролики закатят. Недаром он запросил список званий с Донской флотилии. Там у нас матрос, старший матрос, старшина, мичман, лейтенант, капитан, капитан открытого моря, капитан моря-океана, капитан-командор – всё русским людям интуитивно понятно. А то не хватало ещё писарей регистраторами называть и словом «коллежский» подчёркивать, что таково служебное положение этого писаря: он, мол, при коллегии находится. А то одно распутывает, а другое запутывает.