— Двадцать четыре гнезда! — обрадованно заявил Мелкий. — Нам бы так сидеть и балду гонять!..

— Сидеть? Где? — переспросил я, хотя всё-таки понял, о чём речь.

— Да на спине! — пояснил Мелкий.

Но я уже не слушал.

Я смотрел вниз, на спину.

И думал.

Думал о том, что нашёл выход.

Выход, который может кому-то показаться идиотизмом. Выход, отдающий авантюризмом и налётом сумасшествия. Выход, который всем нам очень нужен!.. Очень-очень нужен!..

— Вано, э? Чё завис? — пощёлкал пальцами у меня перед носом Мелкий.

— Да ты ж долбаный гений! — я радостно сгрёб гопника в охапку.

— Чего это я долбаный? — опасливо удивился Мелкий, выползая, как червяк, из дружеских объятий.

— Верёвка! Нужна верёвка! Много верёвок! Метров двадцать!!! — заорал я. — Где верёвки?!

— Да там они! — крикнула девушка, сидевшая неподалёку, а потом указала в сторону госпиталя. — Чего орёшь-то?

Я тут же сорвался в указанном направлении. А следом за мной понеслись Мелкий с Трибэ. Моё странное поведение, конечно, многие заметили, но не придали значения. Непонятно было только одно: почему ещё никто не додумался до того же, до чего и я?!

Верёвки у лазарета валялись не просто так. Вера и девушки, помогавшие ей, делили их на обрезки, чтобы бинтовать раны. Чистые бинты были отданы тем, кто ещё мог на ногах стоять. А вот такие грубые замотки, прокипячённые наспех, использовали для тяжёлых раненых.

Верёвок у нас было — завались!.. Я схватил сразу две и принялся поспешно отмерять двадцать метров. Мерял в локтях, памятуя о том, что от локтя до сгиба ладони где-то около тридцати сантиметров.

— Вано, а ты чо ваще? — удивлённо спросил Мелкий.

— Ты же не собираешься спускаться ей на спину? — уточнил Трибэ, заставив меня замереть.

— Именно это я и собираюсь сделать! — сообщил я. — Причём прямо сейчас!..

— А вот это чот уже ваще… — ошарашенно заметил Мелкий. — А если она свалит, тогда как обратно?