– Ты не понимаешь, что сейчас произойдет…

– Мы мандалорцы. Ради этого мы и живем. И так умираем.

– Прекрати нести чушь! – Лэндо закусил нижнюю губу и, пожевав ее секунду-другую, глубоко вздохнул, стараясь сохранить хладнокровие. – Тактический контроль, доложите: «Копейщик», «Палео» и «Невоспетый» уже на позиции?

– Так точно.

– Когда «двойные семерки» достигнут цели, приступайте по готовности.

* * *

Сигнальная система в кабине Веджа Антиллеса выдала предупреждение о том, что истребитель рискует попасть под дружественный огонь. Бросив быстрый взгляд на экран сканера, пилот обнаружил, что к парящему вулкану из тени Миндора движутся три переоборудованных кореллианских грузовика. А чуть позади них странной, чуть скошенной линией растянулись четыре уцелевшие «двойные семерки». Ведж никак не мог понять, что они затеяли, а времени на догадки не было; все три грузовика уже кренились на один борт, исполняя медленную «бочку» – старый флотский прием, позволявший максимально подавить противника огнем. Огневые характеристики их главных орудий были ограничены их способностью избавляться от излишков тепла и перезаряжать конденсаторы, однако во время «бочки» корабли имели возможность постоянно вводить в бой свежие орудия, пока только что выстрелившие пушки снова набирали заряд.

Антиллес резко увел свой Х-истребитель по дуге прочь от взлетевшего вулкана и врубил связь:

– Истребители Республики, прекратить атаку и отходить! Здесь скоро будет очень жарко! Повторяю: отходим!

Истребители брызнули в стороны, как тараканокрысы, на которых неожиданно упал луч солнца. Орудия «Копейщика», «Палео» и «Невоспетого» открыли синхронизированный огонь, в строгой последовательности выдавая бортовые залпы, чтобы держать турбоионные пушки и гравипушку под постоянным обстрелом перегретой плазмой. Это делалось не столько для того, чтобы нанести сколько-нибудь значительный вред орудиям, сколько ради того, чтобы таким жестким методом помешать их собственной стрельбе: рассеянная радиация, которую создавал заградительный огонь, не позволяла сканерам орудийных установок навестись на цель.

Две турбоионные пушки были успешно обезврежены республиканскими десантниками, а другие три открыли на полной мощности огонь на подавление по векторам выстрелов противника. Бесшумные взрывы осветили борта кореллианских кораблей, и очень скоро они были вынуждены стрелять сквозь клубы собственной испаренной обшивки. А затем заслонки центрального купола, скрывавшего гравипушку, разошлись, точно веки огромного бледного глаза.

– Всем держаться за что-нибудь! – заорал в микрофон системы связи капитан Тиросск, хотя и без этого все было ясно. – Сейчас долбанет!