– Разве это важно? – спросил Рик. – Вы на неё только посмотрите, она же выглядит как супермодель мировой величины. Одного этого достаточно для женитьбы.

– Вообще-то это сексизм.

– Ой, не надо этой чепухи. Сексизм, тупизм. Всё это движение придумали, чтобы отвлечь людей от бедности. Любой человек на свете хочет себе в постель красивого человека, и этого не стоит стесняться. Лилия необычайно красива: в ней сошлись славянские и индийские корни, она почерпнула лучшее от обеих наций, и любой зрячий человек это видит. Я хочу жениться на ней, во-первых, потому, что она настолько ослепительна. Второй причиной является её богатство, третьей – сегодняшнее видео. Но всё это неважно, не будь она настолько изящной, я никогда не сделал бы такое предложение. Я хочу её себе в жёны, и только благодаря такой красоте я готов рискнуть всем, что у меня есть. Я готов ввязаться ради неё в войну.

– Вы говорили об этом с её мамой? – спросил Бернард, он покраснел и сжимал кулаки, но Рик этого не замечал.

– Я звонил Елизавете, но она сейчас недоступна, меня перевели на её помощника, Майкла, или как там его. Помощник сказал, что об этом нужно говорить с самой Лилией, она взрослый человек и выйдет за кого пожелает. Так что сегодня я намерен очаровать её.

– Вообще-то она сидит здесь, – заметила Мэри, погладив Лилию по голове.

– Знаю, и я уже начал её очаровывать, – ответил Рик, после чего взял руку Лилии и легонько её поцеловал.

Лилия тем временем находилась в таком состоянии, что ей было плевать на всё окружающее. Она смотрела в окно и следила за бесконечными пейзажами, мелькающими мимо неё.

Окружающие дома сильно менялись во время их путешествия. Если в красном и зелёном кварталах в основном жили работающие люди, то в самом дальнем конце города расположились в основном безработные, которые некогда приехали в Гибралтар, но не смогли платить за жильё, поэтому переместились в район с почти бесплатным проживанием.

В синем квартале не было небоскрёбов – последний из них находился по ту сторону Тенсент-стрит в оранжевом квартале, – здесь находились лишь самодельные постройки в один и два этажа, построенные без каких-либо документов и разрешений. Какой-либо доминирующей национальности в синем квартале не было: тут жили люди со всех концов света. Зарабатывали местные в основном грабежом, особенно угоном автомобилей.

Девяносто процентов вызовов полиции в городе связывали с деятельностью местных. Остальные районы также были преступными, но то, что творилось здесь, было настоящей анархией. Не было такого жителя в других кварталах, который хотя бы раз не задумывался о том, как было бы хорошо, если бы правительство отправило бульдозеры снести весь самострой, установленный здесь. Однако это было лишь мечтами: люди в этой части города были настолько агрессивными, что отряды полиции не могли спокойно перемещаться по нему, не говоря о том, чтобы расследовать здесь преступления или сносить хоть одно здание.