Вообще, при пристальном изучении друзья показались мне утомленными. Юто ссутулился, Ирвин как-то осунулся, и под его полными щеками проявились скулы, черты лица Шака тоже обострились, а у Хоуп проявились морщинки. Видимо, время под ментальным контролем юяй не прошло для них даром, они пережили огромный стресс, и, очевидно, теперь нескоро захотят вернуться в космос.

На прощание я подарил каждому по монете Сидуса. Пять миллионов фениксов каждому — огромные деньги для друзей, но совсем не большие теперь — для меня. Какой-нибудь бессердечный и очень рациональный человек сказал бы, что я идиот, раз раздариваю миллионы по сути чужим людям, но пусть лучше я буду простодушным наивным идиотом, зато с чистой совестью. В неравном столкновении с вооруженными бандитами эти четверо не испугались и рискнули жизнями, чтобы мне помочь, а я вполне мог тогда погибнуть, если бы не помощь «отщепенцев». Мне хотелось хоть как-то вернуть им моральный долг.

— Поздравляю, мистер Рокотански, вы приняты, — вернул меня в настоящее рекрутер Линдон. — У вас сутки, чтобы явиться в космопорт Канаверал. В секторе грузовых перевозок обратитесь к представителю нашей компании, он подскажет, каким рейсом вы летите. Постарайтесь явиться вовремя, иначе могут быть неприятные последствия. — Он прищурился и повторил: — Очень неприятные последствия. Не рассматривайте контракт с «Гленкор-Антофагастой» как легкий способ покинуть планету и бежать от чего бы там ни было. Вам придется отработать каждый вложенный в вас децифеникс!

Закончив с угрозами, он мановением руки затемнил прозрачную перегородку между нами, и мне не оставалось ничего другого, как уйти не прощаясь. Думаю, уже в этот миг он стер меня из памяти.

Лекса к этому времени тоже освободилась. Она не переставала меня удивлять, и сегодня я увидел еще одну грань ее личности. Беверли, с которой я познакомился, Лекса-аферистка, была легка на подъем, сексуальна и очаровательна. Лекса-боец — храбрая, надежная и самоотверженная. На Земле, помогая мне вырваться из рук Триады, она обрела серьезность и деловитость. И, наконец, сегодня я познакомился с Лексой — секретным агентом, которая взяла все лучшее от первых трех версий, но полностью изменила видимую мне мотивацию: авантюризм, эгоизм и личные интересы сменились ответственностью и патриотизмом.

— Слушай, а твой долг Тукангу настоящий? — спросил я Лексу, когда мы вышли на крышу и направились к флаеру. — То есть ты реально торчишь ему сотню монет?

— Долг настоящий, проигрыши в азартные игры — тоже, — подтвердила она. — Нельзя влезть в долги, не тратя деньги.