— А пока расскажи — что да как. Сложно было? Что-то разузнал?

Шервард заговорил, сперва немного стесняясь, но затем — всё более уверенно и спокойно. Он рассказал всё, что ему удалось разузнать за минувшую зиму о Тавере, его жителях, о легионе. Он видел, как возрастало радостное изумление на лице Желтопуза.

А уж когда он поведал о Бодене и его готовности поднять определённую часть горожан против империи, ярл и вовсе разве что не пританцовывал от радости.

— Вот уж не ожидал! — приговаривал он. — Вот уж не прогадал я с тобой, брат! Все говорили — от Тавера ничего не жди, там одни имперцы… А оно, оказывается, вон как! Но уверен ли ты в этом своём Бодене? Надёжен ли он?

Шервард в ответ лишь пожал плечами:

— Как я могу говорить за других? Он согласился помочь, и после не сдал меня властям. Значит, ему можно доверять до определённого предела. Кроме того, он — торговец, и потому во всём ищет выгоду. Империя не считается с такими как он, и я пообещал, что всё может измениться.

— Ты всё верно сказал! Но не дурак ли он? Не влипнет ли в историю?

— Тут, пожалуй, я могу твёрдо за него поручиться, — кивнул Шервард. — Я не знаю, насколько он был честен со мной, не могу утверждать о его верности. Но то, что он очень умный человек — бесспорно!

Мы видим, что юноша ни словом не намекнул о существовании и другого своего «агента» — Бруматта. Он не хотел втягивать парня в то, что могло оказаться ему не по зубам. Более того, уплывая, он взял с приятеля слово, что тот не станет заниматься самодеятельностью, и пока совершенно прекратит свою «шпионскую деятельность». Его главная забота — благополучие Динди и Риззель, а слежку за бароном нужно оставить.

Они ещё какое-то время обсуждали успехи Шерварда. За это время парень немного согрелся и поел, особо не стесняясь своего ярла. Увы, и здесь он был в очередной раз вынужден отметить, сколь более грубой и незамысловатой была пища островитян в сравнении с тем, что он привык есть в таверне мэтра Хеймеля.

Юноша рассердился на себя. С каких это пор он сделался таким неженкой? Он, который зимами иной раз едал такое, от чего, пожалуй, брезгливо отвернулись бы и собаки отца Бруматта и Динди! Неужели несколько лун, проведённых в Тавере, превратили его… в шеварца?..

— Ну и что теперь делать будешь? — поинтересовался Желтопуз, когда со всеми делами было покончено. — Какие планы на это лето? Отправишься обратно в свою деревню, или же хочешь остаться в дружине?

— Я, конечно, наведаюсь домой, — осторожно заговорил Шервард. — Надеюсь, там всё в порядке…

Желтопуз заметно смутился. Судя по всему, он совсем забыл об обещании приглядывать за отцом и братом. Наверное, сложно было винить в этом ярла, готовящегося к войне, но Шерварда это всё же неприятно поразило.