— У нас нет ярла… — нахмурился Брум. — У нас есть магистрат.

— Я поговорю о тебе с человеком по имени Боден. Сейчас он много решает в Тавере. Если он согласится — мы возьмём тебя.

— Хорошо. Когда ты поговоришь об этом?

— Сегодня. Когда увижу его. Может быть скоро.

— Если ты пытаешься просто избавиться от меня… — обиженно начал Бруматт, явно слыша, с какой неохотой отвечает товарищ.

— Я уже говорил, — серьёзно ответил Шервард. — У нас не принято отговаривать мужчину. Если ты хочешь воевать — это твоё право. Тавер собирает собственный отряд. Боден может записать тебя туда. Я поговорю с ним.

— Мы будем в разных отрядах? — не просто разочаровался, но ещё и испугался Бруматт.

— Тебя не возьмут в дружину Желтопуза. Ты должен это понимать.

— Я понимаю… — поник головой Брум.

— Ты всё ещё хочешь идти? — втайне надеясь на отрицательный ответ, спросил Шервард.

— Конечно, — Бруматт упрямо поднял голову. — Я не ребёнок, чтобы мне был нужен присмотр! Надеюсь, твой Боден вооружит меня?

— Он даст всё, что нужно, — кивнул северянин. — Извини, я не могу пока быть с тобой. Отправляйся в таверну, или в мою комнату. До отплытия можешь жить у меня.

— Я буду ждать тебя здесь.

Брум несколько иначе представлял себе всё это. Ему-то казалось, что он станет центром внимания для Шерварда, что они вместе станут готовиться к походу. Но его другу, похоже, сейчас было не до того. И юноша растерялся, внезапно почувствовав себя ненужным. Не говоря больше ничего, он направился в таверну. Увы, их место было занято парой каких-то северян, и Брум уныло примостился за другим свободным столом.

Вскоре к нему подскочил мэтр Хеймель, и даже смог посидеть с ним немного — старику не терпелось поделиться с кем-то новостями и собственными мыслями. Трактирщик, судя по всему, был в самом радужном настроении, понимая, что в ближайшее время некому будет брать с него налоги. Он говорил о перспективах, которые открывались перед Тавером после его освобождения от ярма империи, так, словно кидуанцы действительно были жуткими угнетателями.

Вообще было удивительно, как быстро перестроились все эти люди, ещё несколько дней назад бывшие добропорядочными имперскими подданными. Сейчас же торговки на рынке поносили императора, городские мальчишки, ошиваясь под небольшими окошками местной тюрьмы, оскорбительно освистывали заточённых там офицеров легиона, на которых ещё недавно смотрели с немым восхищением.

С едким смешком Брум вдруг подумал про себя о том, что будет в случае поражения Враноока. Как скоро мэтр Хеймель поднимет кружку за здоровье его величества Гриварона, угощая легионеров за счёт заведения?..