– А я и так твой друг. И вечная жизнь важнее, чем какие-то месяцы без мук. Земная жизнь – это муки, Миша, а не прогулка. Миллиарды погибли в муках. Миллиарды ещё погибнут.

– Спасибо, – Генерал сглотнул слюну, будто подавился. – Друг… Что укрепил в трудную минуту. Ухожу.

Пожал руку с лёгким поклоном (так было принято) и, слегка пятясь и прихрамывая, вышел из кабинета. Лицо его совсем потеряло цвет, стало похоже на слепок из гипса.

Петраков думал о том, насколько сильно изменился характер его старого друга за последние несколько лет. Куда делись бесшабашность и удаль, цинизм во всём?

Превратился в суеверную бабку. И ведь царедворец подозревал, что никто Первого гражданина не обрабатывал. Нет, дело вовсе не в том, что он много времени проводит с духовником, епископом Макарием. Просто завоевателя и правителя, которого сравнивали с Чингисханом и Тимуром, коснулось холодное дыхание вечности.

Но ему, генералу, почти не знавшему поражений, предстоит шагнуть в неё раньше.

* * *

Таблетки не понадобились.

Через день Генерал не появился утром в Министерстве. Позвонил его личный секретарь. Петракову нездоровилось, и это уже нельзя было скрывать. Вскоре к большому особняку в посёлке у моря, где ещё до войны жили чиновники и богачи, приехала кавалькада из трёх машин, среди которых была одна с красным крестом. Единственная «скорая» в стране, к кому попало не выезжавшая.

Из показаний охранников и слуг следовало, что, вернувшись от правителя, генерал Петраков не лёг спать, а уселся за работу. Утром новая молодая супруга нашла его без сознания за письменным столом, рядом с кипой исписанных листов.

Уполномоченный был не в горе, а в ярости. Доктор мало чем смог помочь, только развёл руками и не очень твёрдым от волнения голосом назвал прогнозируемый им срок exodus letalis.

Срочно доставленные из темницы шаманы, старый и молодой, стояли у изголовья больного, чертили знаки и бормотали заклинания. Но эффекта не последовало. Наконец, кто-то приказал позвать священника. Седобородый протодиакон выгнал шаманов и приступил к древнему таинству Соборования. Обереги выкинул, но шаманские снадобья оставил. Там никакой мистики, только народная медицина, а в ней греха нет. Врачи (второй прибыл на мотоциклете из Анапы для усиления) молились вместе с батюшкой, не забывая измерять температуру, пульс и давление.

Врачи были не очень молодые, но с такой картиной заболевания ещё не сталкивались, что читалось в их глазах. Главного медика Правительства (самого квалифицированного из всех) недавно задержали по подозрению в том, что он шпион уральцев и чернокнижник. Дело рассматривала специальная «четверная комиссия» с участием духовного лица. Но даже если его оправдают, подпускать такого лекаря к важной персоне, второй по значимости в государстве, нельзя. А прежний главный врач Викторграда уже неделю сидел за расхищение. Перевоспитывался. И самое главное – эти двое приближены ко двору. А болезни первых и даже вторых лиц – это не то, что надо выносить из избы.