– Нет, нет. Все люди, человеки! Просто… опекаемые нами. Временно. Пока не дорастут. Они там бродяги, людоеды. А мы приставляем их к делу, помогаем получить профессию. Никаких лагерей. И никаких колоний. Как тебе название – «Центры реабилитации?». Или просто «Рехабы».

– Отлично, – кивнул, потирая ладонь о ладонь, Уполномоченный. – Звучит не по-нашему. Но это даже хорошо. Надеюсь, ты всё это на бумаге изложишь, а то моя память не железная. Кстати, как там реакция на казнь этих подонков? Которые народ в Перми баламутили. Я просил везде объявить на площадях.

Вот так дела цеплялись одно за другое, как длинная змея. Этот разговор и не мог получиться коротким. Правитель иногда неделями не встречался с приближёнными. Но когда они попадались на глаза – вытягивал всю душу.

Пермь стояла на северной границе. Связь с теми краями была неустойчивой, но форпост это был важный.

– Сделано, – отчитался Премьер. – Слухачи докладывают, что люди в самом протекторате Пермь немного ворчали, но уже успокоились. В Самарских землях даже ухом не повели, как и в Саратовских. Их свои проблемы волнуют, а не какие-то болтуны с приграничья. А наших столичных викторградцев и калачёвцев, наоборот, эти казни обрадовали сильнее, чем хлебные раздачи. Никто не любит бездельников, когда сами трудятся в поте лица.

– Отправьте на плаху и остальных бутузёров из острогов, – повелел Правитель, а Премьер быстро сделал пометку в ежедневнике. – Не заложников, а тех, кто реально плохого нам желает. Публично. Разделить на части. Провезите куски по городам на телегах и машинах. Пусть у людей будут и зрелища. Займись сам, не поручай Рябчику.

– Слушаюсь, – щека Генерала чуть дернулась – он не любил такие задачи. – Конечно. Мы не можем позволить себе ложный гуманизм. Жестокость должна быть тщательно отмерена, но лучше пересолить. Пусть через триста лет историки пишут, какие мы были нехорошие. Это мизерная цена, если великое государство будет охватывать половину Земного шара.

– А Земля точно шар, Миша?

Правитель, скорее всего, шутил. Такое у него чувство юмора. Хотя Генерал знал, что тот мог наслушаться разных завиральных теорий. Одно время министр технологий, инженер Востриков вливал Первому гражданину в уши теорию о том, что учебникам верить нельзя, а вся древняя история выдумана, все даты неправильные. Странно, что этот бред не мешал инженеру блестяще владеть математикой, которой он подкреплял каждое слово. Генерал сам вроде бы знал алгебру, но не настолько, чтобы найти ошибки. С виду это шаманство звучало гладко. Более убедительно, чем какая-нибудь квантовая физика или теория относительности. Но в итоге решили всё-таки придерживаться традиционной хронологии, чтоб не запутаться. Впрочем, эти даты, князья и княжества мало кого интересовали, и глубже XX века историю в Империи особо не учили даже в столице. Но Генерал говорил Виктору, что в древней истории иногда полезно копаться: «Там можно найти интересные вещи, обосновывающие твои права на разные территории, вплоть до Аляски».