— Они поехали куда-то на машинах, — ответила Алва. — Не знаю куда. И меня с собой взяли. Потом начали стрелять в американцев. Мы долго шли. У них есть танк. Он так страшно стреляет. Уши закладывает. А потом я увидела трубу, где мы с Абели раньше от американцев прятались, и побежала туда.

Эмоции переполняли всех. До глубокой ночи односельчане расспрашивали Алву о том, что с ней случилось. Она, как могла, своими словами пересказывала события прошедшей недели. Хотя многого она рассказать не могла. Алва всё время сидела в доме Жреца, и лишь в последние дни своего пребывания в русском поселении стала выходить на детскую площадку.

А утром она стала героиней дня. Все теперь крутились вокруг неё. Мама и подруга Абели не отходили от неё, словно боялись снова её потерять. Мужчины слушали каждое её слово и пытались составить представление о русском поселении. Всех остальных просто привлекала одежда Алвы, чистые волосы и то, что она появилась тогда, когда уже никто и не ждал. Все успели похоронить её в своих мыслях.

Кэрита и Алва сидели на том же бордюре у пепелища костра, крепко обняв друг друга.

— Деточка моя… — произнесла Кэрита. — Я ни на секунду не сомневалась, что ты жива. Я ждала тебя. Каждый вечер смотрела в сторону, где видели американцев в тот день, когда ты пропала. И ждала… ждала…

— Я во сне тебя видела, — ответила Алва. — Видела, как ты стоишь и ждёшь, а вокруг руины и ночь… — она полезла в карман куртки и достала куклу, которую так любила разглядывать в русском поселении. — Это всё, что у меня было в память о тебе.

Кэрита улыбнулась, увидев куклу, которую сама сшила для маленькой дочери. Тут к ним подошёл Ингвар. В руках у него был ремень с ножом, который на Алву одел Игорь перед выездом из поселения.

— Это что? — спросил он. — Они тебе ещё и нож дали?

Алва кивнула.

— Но мне его дали только перед отъездом, — сказала она. — Я и сама не знаю зачем. В их поселение американцы не заходят.

— Вот, — указал на Алву Ингвар. — Они её от американцев спасли, вылечили, накормили, одели в нормальную одежду ещё и… — он посмотрел на ремень с ножнами. — Нож зачем-то дали. В общем, с ними можно попробовать договориться.

— Они меня когда-то лишили всего, — ответил Арнтор. — Не о чем нам с ними договариваться, — он бросил строгий взгляд на Алву, развернулся и ушёл.

Алва посмотрела на маму.

— Мамочка, — сказала она. — Правда, давай попробуем поговорить с ними. Они же хорошие.

— Зачем, Алва? — улыбнулась Кэрита. — Видишь, Арнтор не в духе.

— Этот русофоб никогда не в духе, — сказал Ингвар и вернулся в хижину.