– А, так ведь они считают его мертвым, – Тристан вяло махнул рукой в сторону Каллума.
– Ну да, очевидно, – ответила Париса, явно желая позлить его.
Сработало. Тристан вскинулся:
– Что значит – очевидно? Он же бродил у всех на виду, не таясь. Какое тут «очевидно»?
– Народ, – снова позвал Нико, – я просто хочу…
Он указал на экран мобильника, но умолк, видя, что его по-прежнему никто, кроме Каллума, не слушает.
– Свидание с горячей цыпочкой? – весело усмехнулся Каллум.
Нико тяжело вздохнул и стал подниматься по лестнице, перешагивая сначала через две, а потом и через три ступеньки. Еще несколько мгновений – и он перенесся в клетку для встреч в царстве снов.
– О, приветики, – сказал Гидеон, гад такой. Очень захотелось дать ему по зубам.
– Привет, – разъяренно ответил Нико. –
–
– Заткнись. Просто заткнись. – Нико направился к прутьям и, к огромному своему раздражению, ощутил радость. – Привет.
– Уже здоровались, Ники, – Гидеон в ответ вяло и непростительно улыбнулся. – Ладно, короче, я с хорошими новостями. У Либби с осознанными снами полный швах, но отвечать она умудряется. И… что такое?
Нико моргнул, осознав, что Гидеон смотрит на него вопросительным взглядом, ожидая ответа.
– В каком смысле – что такое? – смутившись, зло спросил Нико. – Говори дальше. Ты знаешь, где она?
– Да, я просто… – Гидеон весело улыбнулся, а потом пожал плечами. – Если хочешь, могу сообщить все вкратце. Просто хотел рассказать, что она…
– Да говори хоть целый день, – мгновенно отозвался Нико. – Серьезно. Хоть стихи декламируй.
– Она в Лос-Анджелесе. В тысяча девятьсот восемьдесят девятом году.