Но Эмили поправлялась быстрее Маркизы. Много долгих дней после их прибытия в Лондон Роберт просидел возле ее постели, ухаживая за ней, пока девушку не перестал мучить жар, и к ней постепенно стали возвращаться силы. Раз или два она открывала глаза и, казалось, узнавала его. Наконец пришел тот день, когда она позвала его по имени.

— Роберт, — шепнула Эмили и слабо улыбнулась. — Ты не забыл свою клятву.

— Клятву?

— Да.

Она продолжала смотреть на него, но улыбка стала таять, а глаза постепенно приобретали стеклянный блеск.

— В том, что мы никогда не расстанемся, — пробормотала она наконец. — Ты обещал мне…

Она замолчала, судорожно вздохнула и прошептала:

— В тот день, когда убили мою мать… Ты обещал…

Она отвернулась и прижалась щекой к подушке. Роберт подумал, что она снова заснула. Но как только он поднялся на ноги, она приподняла голову и вновь взглянула на него, потянувшись к его руке. Она сжала ее со всей силой, на какую была способна.

— Я все время помнила, — прошептала она. — Все время… — Ее голова сразу же упала на подушку. — Все время…

Она закрыла глаза и больше ничего не сказала. Но во время сна этой ночью у нее, похоже, не было жара, и, проснувшись утром, она смогла сесть в постели и говорить дольше. На следующий день ей удалось встать, а еще через день — одеться и выйти из комнаты. Роберт повел ее на балкон. Она долго стояла там, вглядываясь в панораму парка, останавливая взгляд на шпилях и башнях, возвышавшихся за ним. Роберту пришло на память, как много лет назад ему страстно хотелось разделить с ней впечатления от первого знакомства с чудесами Лондона. И вот наконец она впервые рядом с ним в этом городе.

— Как много людей, — прошептала она, — и все они свободны и веселы.

Потом она повернулась к нему, и они пошли осматривать дом. Все время, пока Роберт ходил рядом с ней, она глядела по сторонам, не скрывая благоговейного страха.

— Какое удивительное место! — воскликнула девушка. — И это твой дом? Ты здесь живешь?

— И ты тоже.

— Как могло случиться, Роберт, что ты попал в такой дворец?

— Я занимаю его вместе с одной леди и джентльменом. Эта леди — на тебе ее платье — моя добрая и щедрая подруга.

Эмили опустила взгляд на атлас своих юбок и пену кружев.

— Она действительно очень щедра, — согласилась Эмили, — коль отдала мне такую одежду.