Лорд Рочестер на мгновение замер, словно потерял мысль.
— Если увидите ее, — заговорил он наконец, — можете сказать, что у меня есть
—
— Помните, я говорил вам о турке, с которым встретился в путешествии. Он… нет, нет. — Лорд Рочестер не позволил себе договорить, и тряхнул головой. — Это больше не может быть вашим делом.
Он бросил взгляд на Эмили, потом положил руку на плечо Роберта и отвел его в сторону.
— Не могли бы вы последовать моему совету, Ловелас? — шепнул он ему на ухо.
— Вам известно, милорд, что одному я уже последовал.
— Очень хорошо. В таком случае забирайте свою возлюбленную, оставьте своих пьющих кровь друзей и уезжайте, уезжайте куда угодно, где вас не смогут найти. Вам удалось ухватиться за обломок вашей потерпевшей крушение жизни. Крепко цепляйтесь за него, Ловелас, не ищите нового водоворота. Это вам говорит тот, кто уже попал в него.
— Но…
— Поступите вы так, как я советую?
Какое-то мгновение Роберт молча стоял, не отрывая взгляда от Эмили. Потом он подошел к ней и взял под руку.
— Пойдем, — шепнул он. — Мы отправимся в путешествие.
Он кивнул на прощание Сэвайлу и отвесил глубокий поклон лорду Рочестеру. Выйдя из ложи и спускаясь вниз, он ощущал на себе его взгляд, пока не добрался до выхода и не вышел на улицу.
Он сказал Эмили, когда они уже возвращались из театра в карете, что отъезд состоится на следующий день. Она удивленно взглянула на него, потом молча страстно поцеловала. Роберт увидел серебристый блеск слез в ее глазах, она тесно прижималась к нему всю обратную дорогу. Сразу же по возвращении домой он отвел Эмили в ее спальню, а сам отправился искать Миледи. Как и в то утро его первого любовного опыта, он обнаружил ее уютно устроившейся у огня с бокалом вина в руке. Она подняла на него взгляд. Ее глаза светились тем ласковым ленивым восторгом, который запомнился ему навсегда, но теперь ее взгляд показался ему пустым и наполненным одиночеством. Она жестом предложила юноше сесть возле себя. Роберт сел, позволив ей нежно потрепать себя по щеке.
— Вы уезжаете?
Роберт кивнул.
Миледи продолжала похлопывать его по щеке, потом прошептала с укоризной:
— Значит, вы больше во мне не нуждаетесь!