Роберт протянул ей флакон с мумие. Маркиза налила себе целый стакан и осушила его одним глотком, затем уставилась на юношу немигающим взглядом, полным подозрительности и нетерпеливого интереса.

— Извольте дать мне отчет, — заговорила она наконец, — как поживает Паша и что за истории он там вам рассказывал.

Роберт начал рассказ. Маркиза сидела, сложив руки, слушала очень внимательно, время от времени нетерпеливо задавая уточняющие вопросы. Когда он закончил, она удовлетворенно кивнула.

— Теперь вам понятен, — сказала она хриплым голосом, — мой интерес к этой книге. Многие годы с той поры, как она попала в руки Паши, я живу ожиданием. Потому что никто не смеет навлечь на себя даже малую толику гнева Паши. Но теперь он… слаб.

Ее лицо искривила жуткая улыбка, и она прикоснулась скрюченными пальцами к своим морщинистым щекам.

— Мне тоже, как видите, необходимо как-то привести себя в порядок. Так что остается надеяться, нет, быть уверенной, что вы будете действовать в моих интересах.

Роберт встал и поклонился.

— Несомненно, Маркиза.

Маркиза улыбнулась, обнажив свои острые неровные зубы.

— Естественно, — продолжала она, — мне не хотелось бы, чтобы вы восприняли это как угрозу. Но quid pro quo[8], Ловелас. Баш на баш. Благоволение за благоволение, помощь за помощь.

Роберт поднял на нее удивленный взгляд.

— Помощь, мадам? — спросил он, прищурившись. — Помощь в чем?

Она рассмеялась.

— Сначала доставьте мне книгу, Ловелас, вот тогда и узнаете.

— Даже самые застенчивые особы, домогающиеся мужских прелестей, мадам, знают, что соблазн необходимо сдабривать мимолетным показом обнаженной плоти.

Глаза Маркизы вспыхнули. Она окинула его изучающим взглядом, потом коротко кивнула.

— Ma chere[9], — прошептала она, подзывая к себе Миледи. — Сдается мне, вы недавно переболели, наглотавшись отравленной чумой крови?