— Итак! — следователь хлопнул в ладоши. — Для начала я хотел бы сказать, что мои начальные подозрения относительно всей этой истории с Черным Менестрелем оказались, на удивление, верны. Я, конечно, ошибся относительно его природы, но в первый же вечер после беседы с вами и покойным генералом — успокой горний Эфир его душу! — я понял, что двое из вас не говорят мне всей правды, а еще четверо просто лгут.

Фигаро медленно обвел притихших гостей усадьбы взглядом и сказал:

— Один из вас никогда не встречался с Черным Менестрелем и не был жертвой его проклятия. Этот человек, кстати, убил генерала Штернберга — да-да, в данный момент убийца находится в этой комнате. Еще двое солгали мне из самых благих побуждений, еще один — по глупости, и еще один — по неведенью… Теперь я думаю, вы понимаете, почему я так не люблю работать напрямую с подозреваемыми, — он развел руками.

— Сударь, — Клерамбо нервно дернул бант на шее, — хватит же говорить загадками! Вы говорите, что нашли истину, так излейте же на нас ее благодатный свет!

— О, изолью, не волнуйтесь, — усмехнулся следователь. — Этого добра у меня сегодня с собой в избытке. Но я предлагаю начать с нашего любезного хозяина, господина Малефруа. Тем более, что именно он был тем, кто солгал мне, сам того не желая, более того — будучи свято уверенным, что говорит только правду и ничего, кроме правды.

— Фигаро, — Малефруа нахмурился, — я не вполне понимаю…

— Сейчас объясню. Но прежде я хотел бы узнать, не будете ли вы против, если я расскажу собравшимся вашу историю? Ту, что вы рассказали мне тет-а-тет после нашей первой беседы здесь, у камина?

— Конечно, рассказывайте, — Малефруа пожал плечами. — Почему нет? Теперь, я думаю, это не имеет значения, раз уж вы разобрались с этим черным злыднем.

— О, это имеет значение! И еще какое!‥ Так вот, любезные, господин Малефруа, как вам известно, тоже стал жертвой Черного Менестреля. Это правда. Он рассказал мне что в его кошмарах к нему являлся… — следователь порылся в папке, —…являлся вот этот человек. — Фигаро высоко поднял рисунок Малефруа, дабы все смогли его увидеть. — И это тоже чистая правда. А потом наш дорогой хозяин поведал мне, что его кошмары внезапно прекратились около четырех месяцев назад — просто закончились сами по себе. И вот здесь он, сам того не ведая, согрешил против истины.

— Но Фигаро, — возмущенно потряс головой Малефруа, — зачем мне лгать?! Если бы я лгал, то это бы никак не помогло моему исцелению, верно?! Какой смысл скрывать от лекаря что у вас пуля в ноге?!?

— Да хотя бы затем, друг мой, — Фигаро грустно улыбнулся, — что вы не лгали мне сознательно. Точнее, вы искренне считали — и считаете теперь — что рассказали мне сущую правду. Но ваша комната — слева от моей. И вы так кричите по ночам, что поверить в ваш крепкий сон не смог бы и глухой.