— Но как вы узнали об этом?

— Я бы ничего не узнал, располагай я лишь только полномочиями простого следователя ДДД. Но, к счастью, Их Величество король пообещал всячески способствовать расследованию. Я изложил свои подозрения в отчете, отдал бумагу Фунтику, ну а он…

— Ну а я, — Король зло ухмыльнулся, — переслал отчет Фигаро Тузику. С сопроводительной запиской. А Тузик — мужик простой. Через сутки Институт штурмовала его личная гвардия: начальство на дыбу, документы — следователям и через сутки мы знали сколько раз в день директор Института рукоблудил в школьном отрочестве… Там, кстати, в потайной картотеке такой дряни накопали, что — уй!‥ — Фунтик махнул рукой. — На три виселицы каждому хватит. Так что будет вам, Фигаро, орден.

— Я согласен на медаль, Ваше Величество… Но что будет с «Черными Прудами»?

— Вы хотите сказать, что будет с «Агентством Петра и Павла»? — Король пожал плечами. — Совет директоров отправится на Дальнюю Хлябь — строить домики для ссыльных колдунов и думать над своим поведением. Думаю, лет десять им хватит для полной реанимации совести. А «Пруды», стало быть, теперь ваши, Малефруа. Я сюда ездить люблю, так что смотрите мне — содержать все в лучшем виде!

—  Я бы добавил кое-что от себя, — следователь подошел к хозяину «Аллей», который с совершенно ополоумевшим видом сидел на полу у камина и мягко положил руку ему на плечо. — Как я уже говорил, Менестрель вернется. Рано или поздно, но он опять выйдет на берег. Поэтому, дабы ваши кошмары не возобновились, вам стоит отдать Моржуа то, что принадлежит ему по праву.

— Перебьется, — огрызнулся король. — Он, кстати, требует не земли — из него делец как из стульчака дирижабль, а просто денег. Сто тысяч компенсации. Дайте ему двести от щедрот — вы теперь не обеднеете — и, думаю, он вас еще в зятья позовет — у него, кстати, дочка на выданье есть, и весьма милая. Сто-восемьдесят-сто, вы такие фигуры любите, я знаю… А я ему пожалую еще земли — где-нибудь под Малыми Кочевряшками.

— Отличная мысль, Ваше Величество… Думаю, господину Малефруа нужно время чтобы придти в себя, так что предлагаю пока что его не трогать… Вот, держите, Клод. Это спирт, а это соль — вам сейчас полезно для восстановления душевного равновесия…

Следователь сложил руки на груди и повернулся спиной к камину. На фоне ярко пылающего огня он казался обитателем Преисподней, но не демоном, а эдаким чертом-городовым или, скажем, духом чревоугодия, явившимся в мир отвращать городских кумушек от беговых дорожек и искушать запретными дарами кондитерских лавок.