И теперь, лишь день спустя, вдова Дейлис всматривалась в далекую полосу пыли. - Одного не пойму, - сказала она. - Мы знаем, что силы малазан малы. Лишь два легиона для удержания всего севера Генабакиса, они разделены на роты и разбросаны там и тут. Знаем, что местные союзники, натийцы и генабарийцы, ненадежны и плохо снаряжены. Тогда кто решился встать против нас?

- Вероятно, - предположила Сетал, - они воображают, что нас тоже мало. Ведь мы, Теблоры, никогда не равнялись с ними в численности.

- Так или иначе, они решили искать встречи. Значит, верят, что могут задержать нас там. - Она указала рукой. - Всего в лиге от Мутры. - Она поглядела на Тониз Агру. - Могут ли они быть столь дерзкими? Столь безрассудными?

- Могут, - отозвалась Тониз Агра. - Это пошло от войн с другими народами - дети против детей - в которых малазане обычно побеждали. Но мы будем огнем перед потопом. Они уже мертвы, хотя сами не знают.

У городских стен поднимались флаги. - Воевода призывает свою армию, - сказала Сетал.

Они послали скакунов вниз по склону.

Проведя армию через Мутру на пахотные земли за городком, Элейд Тарос выехал к собравшимся воинам. Слева была река. Пять кланов Теблоров стояли в центре. Ганрелы и Яркий Узел были помещены у высокого берега Кулверна. С другого фланга толпились племена Вольных земель и чуть запоздавшие Восточные саэмды, силой более двух тысяч воинов с оружием из кости, кремня, дерева и рога.

Элейд Тарос выхватил меч. Был полдень, небо над головами безоблачно, солнце палило, в сухом жарком воздухе висела пыль. Намасленное оружие тускло отразило свет солнца. Шкура медведя свисала с его плеч, когтистые задние лапы у бедер, передние скрещены на груди, скрепленные железной фибулой. Длинные черные волосы заплетены в косички и прижаты к черепу, готовые скрыться под шлемом из черепахового панциря и кости - он висел у седла. Руки блестели, будто залитые маслом, кожаные защитные пластины потемнели от пота.

Воевода, признала Дейлис, выглядит что надо. Его молодость казалась закаленной сталью, заточенной, но еще не потускневшей. Челюсть чисто выбрита, черты лица словно вытесаны из камня. Руки - одна сжимает меч, другая повод - большие и могучие. Глаза воеводы, который как раз подъехал к ней, были ясными и суровыми.

- Они встанут против нас! - заревел он. - И скоро пожалеют о своем выборе! Мы волна пред иной волной, и когда воды поглотят, наконец-то, эту страну, берега будут завалены мертвыми южанами!

В ответ Теблоры выхватили оружие, но не заорали - такое было не в обычае Теблоров. Многие племена на флангах не понимали теблорского языка, но увидели обнаженные деревянные мечи и разразились боевыми кличами, шаманы выбежали перед строем и пустились в буйную пляску, брызгая кровью ритуальных порезов на руках и плечах.