Очень скоро.

Так и случилось.

— Смотрите, милорд, — те, кто обыскивали карету, притащили совсем маленький, но тяжелый сундучок с уже сбитым замком. Ремс не смотрел в него, и так знал, запах золотых монет.

— Не только грабители, но и мародеры. И скорее всего дезертиры, — заключил Фэрт да Кло.

Один из плененных пытался возражать, подойти к командиру и тут же получил пяткой копья в лицо. Упал на землю с разбитым ртом. Седоусый посмотрел на молодого, словно чего-то ждал. И тот произнес негромко:

— Я герцог Эрего да Монтаг. И все это моя земля. А на моей земле действуют законы Горного герцогства, даже если край называется Ириастой. Связать их. В город. Повесить.

Когда дело было сделано, а приговоренные перекинуты поперек лошадиных спин, молодой владетель обратился к Джуту:

— Вы на моей земле. Вам не будут чинить бед, ибо мы несем порядок, и никто не терпит преступления. Куда направляетесь сейчас?

— На запад, милорд, — фермер кланялся так, что еще немного и голова отвалится.

— Еще полдня, и вы выйдете к Бродам Рыжегривой. Худшее место для мирных людей в наше время. Если хотите избежать битвы, поворачивайте севернее. Или же отправляйтесь в Хемт, туда же, куда едем мы. Там вас никто не тронет.

— Спасибо, ваша светлость, — они все поклонились.

И Ремс, старавшийся дышать неглубоко, чтобы не чувствовать смрада, идущего от герцога. Смрада, который не ощущали другие. Да Монтаг внимательно глянул на него, улыбнулся приветливо.

— Мутец. Добро пожаловать в мою страну. Вы редкие гости.

— Спасибо, ваша светлость.

— Мечтаю когда-нибудь побывать в вашем Храме. Много слышал о нем.

— Я тоже, ваша светлость.

— Говорят, что служанки Мири покинули его стены и оставляют следы. Это меня радует.

— Ваша светлость? — Он не понимал. Ни слов, ни других запахов, кроме смрада той стороны. Этот смрад… он скрывал все чувства, эмоции, смыслы, которые Ремс, обычно легко читал у других.

— Вы считаете, Мири приходит ко всем. Значит, и до меня когда-нибудь доберется.

Он просто поклонился, и герцог, благосклонно кивнув на прощание, унесся по дороге к далекому городу, оставив облако поднявшейся пыли.