— Но Мири возродилась. Она не уходила на ту сторону. Ведь так?

— С той стороны нет возврата. Полагаю, она была пряхой, как рассказывал нам Мильвио. Она вплела свою силу, свою душу, в ткань мира, спряталась среди нитей, уснула на тысячелетия, ожидая, когда то, что видела, сбудется. Может, Лавиани права? И Нэко тоже? Не так уж и важно, что было в прошлом. Это никак нельзя изменить. Но мне иногда очень хочется узнать, с чего все началось. Почему предали твой народ. Если все асторэ были такими, как ты, то, возможно, мы более недостойное племя.

…Вир провел чудесную серию атак, столь опасную, что Нэко пришлось двигаться не так небрежно, как прежде, чтобы острие его меча не распороло ей одежду. Затем настала ее очередь напасть.

Нэко чуть отклонилась назад, пропуская прошелестевший Фэнико, словно по барабану выбила бодрую дробь по щиту и… случилось что-то. Тэо не разглядел. Один из гвардейцев восхищенно выругался, а Вир, выгнувшись дугой, зашипел от боли, когда палка стеганула его по спине.

— Свободен, Бычья голова, — сказала ему напоследок старуха, вставая лицом к лицу с Мильвио.

И Тэо спросил у Шерон:

— Сможем ли мы свободно проникнуть в Горное герцогство? Дорога в Шаруд охраняется. Нас обязательно остановят. Что тогда будет?

— Мы назовемся теми, кто верят в Вэйрэна, таких много — они приходят из разных герцогств. Так говорят соглядатаи Анселмо. Не думаю, что нам станут чинить препятствия. А дальше все зависит от Бланки.

— Что она сделает?

— Никто из нас не знает. Да и она, полагаю, тоже. Выясним все, когда приедем.

На ветку рядом сел скворец, с любопытством посмотрел на Шерон. Она увидела, что его лапки обожжены. Старые, уже зажившие ожоги, словно птаха прыгала по углям. Было в этой птице нечто странное, так что указывающая «потянулась» к ней, пытаясь разобраться, что же она видит?

Вне всякого сомнения, это была птица Нэко. Ту постоянно окружали разные пернатые, то и дело прилетавшие и снова улетавшие. Маленькие гонцы и носители новостей, которые общались лишь с таувином, а та, когда считала нужным, делилась полученными сведениями с остальными.

Скворец распушил перышки на груди, очень довольный, что его заметили. Шерон смотрела на него с большим сомнением. Что-то с птицей было не так, но она не смогла бы поручиться, что ее смущало. Кроме старых увечий — птица как птица.

Он сорвался с ветки в низкий полет и пролетел между Нэко и Мильвио, вновь собиравшимися сойтись, чтобы уже окончательно решить, кто победитель в этом бою.

Меч опустился, и палка остановилась лишь благодаря мастерству старухи, в последний миг, едва не сломав Мильвио ключицу.