— Что с тобой?! — с досадой спросила она.

— Чуть не убил птаху.

— Ты проиграл.

— Полностью признаю это.

Нэ с раздражением подвигала челюстью:

— Ты набрался от Рыжего его дурных привычек. Он вечно все портил в самый неподходящий момент. А теперь и ты начал. Всё?

— Пожалуй.

Она вздохнула, словно делая одолжение:

— Ну, как хочешь. Тебя-то мне учить нечему. Бычья голова, в круг. Это не все твои синяки на сегодня. Сиоры? Желающие?

Серро, уже отдышавшийся, радостно осклабился, не желая сдаваться. На взгляд Тэо, бесполезная трата сил.

— Подготовила? — Мильвио подошел к ним, и Шерон коротко кивнула. — Пройдемся, сиор.

Указывающая протянула треттинцу блеклый вещевой мешок. Сквозь ткань проступали грани не то какой-то объемной коробки, не то книги. Тот закинул его на плечо и, подхватив короткую лопатку, порядком изъеденную рыжими пятнышками ржавчины, пошел первым.

Пружина не стал спрашивать, что эти двое задумали. Просто последовал за ними через широкую поляну, в сторону густой платановой рощи, росшей в трехстах ярдах впереди.

— Мы сейчас в Фихшейзе, — сказал Мильвио. — Вестер южнее, чуть меньше чем в десяти лигах. Ближайший городок — Апзу. Если идти пешком от него, то мимо кладбища и на юго-запад по дороге через поля, к реке Ро.

— Интересно.

— Повтори, пожалуйста.

Тэо повторил, как просил треттинец.

— Река Ро не широкая, но в этом месте она сужается еще сильнее и проходит через три порога. Возможно, местные дали им какие-то названия, но нынешних я не знаю. В прошлом пороги — древние мосты, сейчас обрушенные. Вода давно их сгладила, впитала в себя, сделала частью русла. Но они не исчезли за четыре века и, думаю, останутся здесь надолго. Нам нужен третий порог. Повтори, пожалуйста. Так лучше запоминается.

Они вошли в рощу, и Тэо услышал слабый шум реки за деревьями. Идти пришлось минут десять, троп здесь не было, а свет, проникающий сквозь густую листву, казался светло-изумрудным, рассеянным.

Они вышли к порогу — длинному, ярдов пятнадцать. Он был каменистый, непрерывный, и темно-коричневая вода переваливалась через него, падая вниз: не высоко, не больше ярда — шумя и пенясь.