Шерон не успевала следить за тем, что происходит. Скорость ударов и атак казалась ей запредельной. Мильвио использовал весь свой опыт. Его лицо заострилось, побледнело, он наблюдал только за противником.

Шерон добралась до лежащей Бланки, отволокла назад, как можно дальше от сражающихся и воющей «двери».

Алая полоса проходила через лоб госпожи Эрбет, по левой скуле и подбородку. Текла кровь.

— Я ничего не вижу, — прошептала Бланка. — Ничего не вижу.

— Все будет хорошо. Я должна помочь ему. — Шерон начала выпрямляться, но тонкие, сильные пальцы сжались на её запястье.

— Нет! — сказала рыжеволосая. — Не мешай. Они убьют тебя… Ты только пропадешь зря. Все идет своим чередом. Поверь мне!

Вир с упорством ломился в «стену», от щита во все стороны летели искры. Наверху, под самым потолком, полыхало, словно зарницы в горах, — Нэко силилась вырваться из ловушки, тратя таланты.

Мильвио перетекал из стойки в стойку. Шерон знала их все. Каждую из карифских «цапель». Сталь гремела, та сторона выла, и у «входа» появились завихрения воздуха, словно миры смешивались друг с другом.

«Цапля находит финик», «Цапля встречает зной» и, наконец, «Цапля убивает богомола». Меч не удержался в руке герцога, выскользнул из пальцев, отлетел.

Фэнико, готовый разить, мелькнул в воздухе и… встретился с кулаком Эрего да Монтага. Струны звякнули металлом. А клинок, не устояв в этом столкновении, раскололся пополам…

Краешек уходящей луны касался серебристых пиков горного хребта, а звезды стали бледнее. Две черные башни нависли над Лавиани, участливо заглядывали в лицо, словно чудовища из детского кошмара.

Вопрошали: «Ну, как ты?»

Впрочем, башню закрыл чёрный силуэт со взъерошенными волосами. Тёплым золотом блеснули глаза.

— Рыба полосатая. — Сойка наконец-то чувствовала боль. — Если это та сторона, то она не менее унылое место, чем наш мир.

— Та сторона тебя пока не ждет, — негромко сказал ей Пружина, держа левую руку на животе сойки. Золотистые искры бежали по полупрозрачным сосудам, и Лавиани отвела взгляд, сдерживаясь от близкого волшебства асторэ. Процедила сквозь стиснутые зубы: — Что за хрень?

— В тебе яд демонов. Хотя уже меньше, чем пять минут назад, — последовал спокойный ответ.

— С каких пор ты научился его вытаскивать? В Рионе сам страдал от этой заразы.

Тэо хмыкнул, словно тоже удивившись вопросу, на лбу у него появилась складка.

— Не знаю, — озадаченно произнес он. — Словно мне кто-то рассказал… Но… я не помню кто.