— Там… ядовитый газ, — счел нужным предупредить Верховный.

— Система фильтрации активирована, — Маска положил руки на дверь, и та отворилась.

Чудо ли?

Очередное?

Правда, по сравнению с иными, это выглядело мелковато.

— На вас не угодишь. То чудесно, то недостаточно чудесно.

— Прости.

— Ничего. Люди должны оставаться людьми. В вашей хаотичности и бестолковости скрывается огромное преимущество, дающее вашему виду надежду на выживание.

За дверью пахло иначе.

Цветами?

И слегка гарью. А еще — кошачьим туалетом, который давно стоило бы вычистить.

— Газоароматические соединения не несут вреда здоровью, — заметила Маска. — Но если хочешь, я могу уменьшить чувствительность обоняния.

— Да… благодарю. Было бы неплохо.

— Тебе не обязательно произносить слова вслух. Я воспринимаю и так.

— Как ты читаешь мысли?

— Это не совсем верно. По сути твой мозг, в котором эти мысли рождаются, а заодно контролируются все процессы, проистекающие в теле, а их, поверь, огромное количество, все это сводится к набору энергетических импульсов разной частоты. Импульсы, сколь бы слабы они ни были, рождают возмущение энергетического поля. А моя чувствительность позволяет считывать их на малых расстояниях.

Все это звучало… странно.

Весьма.

— Когда-то меня понимали, — это прозвучало печально. — Но потом…

— Что случилось?