— Ладно тебе, я его чуток задержал, пара минут у нас есть. Бегите, я скоро догоню.

— А ты куда?!

— Э-э-э, забыл из-за этого «философа» мыслестрел в келье!

— Идите оба, — велел Брент. — Если они успели окружить монастырь, вы только помешаете мне прорываться.

— Возьми тогда Тишша. — ЭрТар дернул кошака за ошейник, посылая к жрецу. — Встретимся возле вещей, кис тебя к ним выведет.

— А мы сами не заблудимся? — встревожился обережник.

— Ты что, — искренне удивился горец. — Как можно заблудиться в лесу? Там же все деревья разные!

Оспаривать это гениальное наблюдение было некогда: на черной палитре неба уже появились первые мазки, но жрец умудрился найти достаточно тьмы, чтобы в ней раствориться.

Парни бок о бок бросились назад по коридору.

— Деревья! — презрительно прошипел обережник, притормаживая у нужной двери. — Даже нашу келью запомнить не смог! Иди, ищи свой мыслестрел!

— А он у меня на руке, — нахально сообщил горец, поднимая ее и встряхивая, чтобы просторный рукав сполз к локтю. — И нам не сюда.

Иногда Джаю хотелось просто убить «сороку». А иногда не просто — а с особой жестокостью.

— Ты что, решил чего-то спереть на память?!

— Не чего. Кого. — Горец начал дергать все двери по очереди. В большинстве келий было пусто или храпели так, что Иггры на диптихах морщились. — Кажется, она пошла в эту сторону от трапезной… Ага!!!

Обережник потрясенно уставился на черное озеро волос с водопадом у края кровати.

— На кой она тебе сдалась?!

— Хочешь оставить ее на растерзание дхэрам, ннэ?

— Она сама этого хочет!

— Как та красотка из Ориты?

Джай сглотнул подступивший к горлу комок.