Нет.

Мы сами должны отвечать за свои поступки. Прятаться от совести за спинами исполнителей бессмысленно: вина не разделится на двоих, а удвоится.

Брент сжал росток у основания и выдернул с корнем.

Священное, божественное растение.

Предательскую веху для погони.

Парни ничего не заметили, продолжая подтрунивать над затравленно огрызающейся монашкой. Нашли игрушку!

— Джай… нет, лучше ЭрТар — будь добр, расскажи ей о первой и последней брачной ночи. Да поподробнее.

Обидевшийся было обережник быстро понял, почему Брент выбрал горца. Когда тот закончил рассказ, украшенный как вымыслом, так и сочным горским говором, жутковато стало даже Джаю.

— Все, — обратился жрец к парням, — можете ее отпускать. Она уже не годится в Иггровы Невесты.

— Я вам не верю! — взвизгнула побледневшая от страха и злости девица. — Вы полоумные тваребожцы, богохульники и лжецы!

— Это неважно. Зато и йерам она теперь не верит. — Брент подчеркнуто игнорировал украденную. — Смысл пышных церемоний выбора и бракосочетания — заставить жертву добровольно, более того, с радостью возлечь на «супружеское ложе». Для дхэров, питающихся жизненной силой, это невероятно лакомый кусочек. А перепуганных, сопротивляющихся людей им и так каждый семерик поставляют.

— Почему же они не пьют силу прямо из Потока? — удивился Джай.

— Там она в ином виде. Ты ведь тоже предпочитаешь жареного барашка, а не траву, на которой он вырос.

ЭрТар распутал узел, хозяйственно смотал веревку и вернулся на свое место. Вся компания, включая Тишша, с интересом уставилась на освобожденную скандалистку.

Та потопталась на месте с видом вытряхнутой из мешка гадюки: не то искусать всех как следует, не то плюнуть на оскорбленное достоинство и поскорее уползти в болото.

— Кыш’, кыш’! — помахал на нее грушевым огрызком горец. — Чэго стал?

Девушка зябко обхватила руками полуголые, с лямочками ночнушки, плечи и ненавидяще зыркнула на Брента сквозь рваную шаль волос, почему-то сочтя его главным виновником своих бед.

— Ага, а вдруг вы мне в спину выстрелите?! — нашла она новый повод придраться к «злодеям».

— Ну жди тогда, пока мы уйдем, — разрешил жрец. — Все, парни, собираемся. Нам вон туда.

— Приграничье… — разочарованно простонал Джай. Что ж, к этому шло (и шли) еще вчера, но вдруг бы Привратница одумалась?!