– Помощь мне предлагаешь? – задумчиво протянула лекарка. – А почему? Болезни же вам за грехи посланы, а я против Бога вашего иду – людей лечу!

– Не вам, а нам, – отец Меркурий усмехнулся. – Всем. Всё верно, болезни есть кара за грехи, не кара даже, а предупреждение. Но Христос и сам лечил, и тех, кто лечит, благословляет. Избавлять ближних от страданий дело богоугодное и душеспасительное. Если я и жалею о чём, так это о том, что твоя душа пребывает в потёмках, добрая женщина. Ты живешь праведной жизнью и тут же отвергаешь истину. Неустанно молюсь о том, чтобы на тебя снизошла благодать и ты прозрела душой, целительница!

– Благодарствую на добром слове, – кивнула Настёна. – Там видно будет.

«Такой разум и в такой тьме! Горько… Не доверяет и боится… Ну да ничего, по крайней мере, мы трудились вместе, а это сближает. И она меня слушала. Не всё сразу, Макарий, не всё сразу. Как говорил Никодим – труд и знание. А ещё терпение. Ох и много же его понадобится…»

Лекарка и священник молча двинулись вдоль по улице.

«Её уважают, да. Вон как раскланиваются. Но и боятся тоже. Странно, почему? Очередное суеверие? Вера в колдовство? И как люди могут верить в такой бред? Тавматургия[96], магия – фокусы и всё. Нет, непознанного, конечно, много, и Существо, Душа в стремлении к Божественному Абсолюту, Святому Духу способна на многое и многое. Посвящённые могут отчасти управлять этим стремлением и тем выходить за рамки обыденного, прозревая и направляя. Можно узнать тайное в движении светил и взаимодействии чисел, но это чистое знание и чистое могущество, слишком утончённое для нашего грубого тварного мира[97]. И потому ещё никому не удавалось превратить врага в козла, а любимую тёщу в жабу! Вот только как убедить в этом непосвящённых? И в том, что, когда некто умер от наведённой порчи, надо звать лекаря, чтобы тот определил, чем умершего опоили. Страх рождает суеверие, а суеверие увеличивает страх, а из страха рождается ненависть. Да, ненависть от невежества.