«Видимо, нам предстоит заново познакомиться и узнать друг друга, – с немалым огорчением подумал Артем. – А еще она не помнит ничего из своего прошлого. Такое ощущение, что у нее ум очистился от всего прошлого и стал чист, как белый лист бумаги. Что хочешь, то на нем и пиши… А что писать?..»

Артем до самого прибытия на полуостров просидел в глубокой задумчивости и ничего не придумал. Махнув рукой на отсутствие мыслей и идей, он спустился по трапу на берег. Сел в повозку, приготовленную для него огунами, осевшими на место шипунов. Это племя Артем расселил по племенам, где было мало народу, а один род забрал себе. Шипуны были лекарями. Он приказал вознице править к хойду, которые заняли поселок уркезов. Сами уркезы вместе с шипунами родами вошли в состав трех племен, которые были почти полностью уничтожены искеназами. Теперь на землях союза Духа озер места хватало всем племенам.

Артем проехал мимо лагеря его гоплитов и добрался до поселка хойду. Слез с саней у общинного костра и направился к дому вождя. Среди племен союза еще не было правила торжественно встречать вождя союза. Проходящие мимо мужчины в приветствии поднимали руки и шли дальше.

Артем дошел до большого дома и постучал в двери. Не дожидаясь приглашения, вошел в жарко натопленную комнату. За столом сидел брат Хойсиры, вождь племени Хойдрым, и ее отец. Сама Хойсира хлопотала вместе с женой вождя у очага. Она обернулась, увидела Артема, и улыбка, украшавшая ее разгоряченное лицо, сошла. Глаза тревожно посмотрели на гостя. Сердце Артема от такого неожиданно холодного приема сжала костлявая ладонь боли. По душе прошелся шелест горького разочарования. Не такого приема он ждал. Видно было, что его женщина не соскучилась по нему и не ждала его. Она только испугалась.

«А чего ей пугаться?» – задался он вопросом и получил ответ: она боится, что он ее отсюда заберет. Чужая. Это смотрела на него чужая Хойсира. Далекая и неприступная в своей холодной отчужденности. Артем остался стоять на пороге.

– Вижу, что у вас все в порядке, – с трудом выдавил он из себя несколько слов. – Простите, что вторгаюсь, – он посмотрел на молчаливо сидящих мужчин, затем посмотрел на женщин. – Как тебе здесь, Хойсира? – спросил он.

Женщина опустила глаза, а заодно опустились безвольно ее руки.

– Хорошо, – тихо проговорила она, не поднимая глаз. Артем некоторое время на нее смотрел, не отводя взгляда. Вглядывался в лицо, чтобы увидеть хотя бы тень радости. Потом поднял глаза к потолку и отвернулся в сторону стены. Глаза его предательски повлажнели. Он не хотел, чтобы эти люди видели его слабость и горечь, которые он испытал при виде страха женщины. Он плескался в ее потупленных глазах. Он пару раз глубоко вздохнул и повернулся лицом к Хойсире. Откашлялся в кулак.