— Почему мне не позвонила? Я бы привез… Или бы Грега попросила довезти — тяжело же, маленькая.

Ник с удивлением заметила, как преобразился холодный, вечно недовольный, читающий нотации Мигель — он легко улыбался, сияя всеми зубами сразу, забыв, что нужно прятать клыки. Они у него были впечатляющие, кстати, длинные, белоснежные и острые, как шило. Он расслабился — Ник не заметила, когда у него исчез галстук и расстегнулся ворот рубашки. Он непринужденно занялся на кухне пакетами, которые принесла Мия, и даже поставил чайник на плиту. Он был при Мие абсолютно… домашним. Точно, Ник наконец-то, наблюдая за Мигелем, поняла — он стал домашним. Прибить его за то, что отказался от Анны и девочек, захотелось еще сильнее, вот прям до зуда в ладонях.

Мия улыбнулась Ник, наблюдая, как шуршит пакетами Мигель, выкладывая на стол печенье, булочки и многочисленные контейнеры с едой:

— Я решила, что раз тебе пирог понравился, то понравится и другая стряпня. А вот еда — это Ма. Сказала, что лично тебе, чтобы Лин даже не смел туда совать свой любопытный, вечно голодный нос. Ты же ждешь… — она застенчиво посмотрела на живот Ник и деликатно сказала, — малыша.

— Я жду лигра, Мия.

Та согласно кивнула:

— Я так и сказала. И ты не переживай — Ма просила передать, что очень любит тебя, Лина и будущего малыша. — Она чуть понизила голос, чтобы Мигель не расслышал: — Ма сказала, что вы с ней в одной лодке, потому никаких проблем с ней и малышом не будет. Не бойся и не прячься от нас.

Ник скрипнула зубами — кажется, и тут в неё не верят, зато принимают безоговорочно. Даже непонятно — радоваться или печалиться этому факту.

Из душевой наконец-то вылез Зорро — в одном полотенце, халат, явно пахнущий лигром, он так и не решился надеть. Ник его в чем-то даже понимала — сама с трудом переносила чужие запахи. Рыжий привел-таки свои волосы в порядок, причесав их назад. Капельки воды еще текли по плечам, и хорошо, что полотенце было обернуто вокруг бедер, а не вокруг волос.

— Какой виииииид! — не удержалась Мия, рассматривая рыжего лиса. — Красота!

— И не говори, — согласилась с ней Ник — любоваться было чем. Худощавый, сейчас даже чуть больше, чем нужно, но ведь откормить не проблема, статный, белокожий, ладный парень, которого не портили даже шрамы, доказывающие его статус отличного бойца. Тонкие кости, сухие, ни грамма лишнего мышцы, хорошо просматривающиеся под кожей. И ни одной веснушки по всему телу… Ник даже губу прикусила, вспоминая фразу из какой-то детской книжки: мой любимый тип, мой любимый размер. Только что же это за детская книжка, если мысли такие вот…