— Не словами, — мотнул головой Бравил. — Образами, настроением, эмоциями — не знаю, как объяснить понятнее. Но я сразу догадался, что она пришла помочь, защитить посёлок. Говорила она и о пришельцах, ну, то есть, о вас. Что вы привели за собой чудовищ, что среди вас тоже есть чудовище, что из-за вас убьют много людей, и что нужно помочь, тогда… тогда всё будет хорошо. И что нужны ещё люди, такие как я, которые смогут помочь ей найти чудовищ и…

— Продолжай.

— Ну, я рассказал ей о девочке из деревне, слышал, она могла видеть больше других; ещё о знахаре, но о том давно слухи ходили… Хотел позвать их, но н-н-не успел, просто не успел! Ночью их убили, понимаете? Утром я сразу приказал привести тела, думал, вы поможете, н-н-но она была права! От вас никакого толка! Всё, как она сказала!

— Умно, — задумчиво кивнул Эйдон. — После того, как ты любезно указал на всех, кто мог ей помешать, она быстро с ними расправилась, а вина за это легла на других — на тех, кого мы, по её словам, привели с собой. Теперь понятно, с кем сражался наш жрец… Можно предположить, что лошади и конюх — тоже её работа.

— Да нет же! — дёрнулся Бравил. — Всё изменилось уже днём — духам в Формо стало… страшно! Значит, она уже за них взялась и скоро всё закончится!

— Как же всё-таки хорошо быть идиотом, — не выдержал Мартон.

— Дело не только в этом, — вмешалась вельменно.

— Что вы имеете в виду? — обернулся к ней Эйдон.

— Медиум, — безразлично пояснила она. — Очень слабый. Манипулируя образами, несложно внушить ему почтительность, страх, верность или любовь, убедить предать или даже убить. Такие, как он, склонны верить своим ведениям и нечасто отличают правду от лжи.

— То есть, он не осознаёт, что творит?

— Осознаёт. И делает всё это добровольно. По крайней мере сейчас.

Эйдон с тяжёлом вздохом поскрёб подбородок. Качнул на табурете, на миг отрывая ножки от пола, провёл рукой по лицу, приглаживая пышные усы. Кирис и призрак аристократки обсуждали что-то вполголоса, то и дело поглядывая на Бравила. Тот, в свою очередь, безразлично разглядывал пол перед собой. Мартон ждал.

— Что ж, должен признать, что в конце концов ты оказался прав: в Формо орудует рах, — наконец негромко сказал Эйдон.

Мартон встретился с капитаном взглядом и увидел, что тот кисло улыбается. «Пусть и не тот, которого ты подозревал», — будто бы было написано у него в глазах.

— И всё же… всё же… всё же слишком уж их много в последнее время… — почти неслышно бормотал капитан, приглаживая усы. — Если только это не тот, которого…

Он замолчал, глядя на Мартона в упор.