В дверь тихо постучали и внутрь с высоко поднятой головой вошла Инара. Если она и слышала всё, что происходила на кухне, то ничем этого не показала — только почти незаметно скосила взгляд на пол, туда, где лежала Энара и чуть расслабилась, убедившись, что та жива.

— Госпожа, пришли двое солдат из ополчения Формо. Они утверждают, что несут важные известия. Также вашего внимания ищет управляющий Бравил. Я… — она запнулась, а затем в голубых глазах сверкнуло что-то новое, что-то чего Мартон никак не ожидал там увидеть — азарт и озорство. Словно удивляясь собственным словам, Инара медленно закончила: — Я приказала ему ожидать в коридоре.

«Отчаянная девчонка! — восхитился Мартон. — Приказала управляющему, ну надо же! Как ты жить-то теперь здесь собираешься?»

И всё же, заглянув внутрь себя, Мартон не сомневался, что окажись он на месте голубоглазой служанки, он поступил бы точно так же, невзирая ни на какие последствия. И ведь пухлый управляющий наверняка проглотил это безо всяких возражений — ещё бы! Положение слуги вельменно позволяло провернуть ещё не такое.

Аристократка не выказала никакого неудовольствия, но не преминула продемонстрировать ту самую мстительность, о которой Мартон столько слышал от Эйдона:

— Пригласи ополченцев, — приказала она и добавила с непривычной мягкостью: — Затем можешь вернуться и побыть с сестрой. Вы свободны до следующих распоряжений.

Глава 16. Гвардейцы Его Величества

Глава 16. Гвардейцы Его Величества

Эйдон сразу узнал своих давних знакомцев: загорелого ополченца с улыбчивым щербатым ртом и его товарища, полного и с глубокими оспинами на щеках — тех самых, которым не повезло попасть в ученичество к Мартону. Впрочем, на пользу им это явно не пошло: толкаясь и наседая друг на друга, будто деревенские мальчишки, спешащие поглазеть на бредущую по большаку труппу магического цирка, ополченцы ввалились в кухню — и замерли как вкопанные, стоило им увидеть перед собой небрежно обернувшуюся навстречу вельменно.

«Ну да, этого мы пока не проходили», — глядя на их растерянные лица, Эйдон не удержался от улыбки.

Ополченцы неуклюже поклонились, задевая друг друга локтями, как мнилось, не столько из вежливости, сколько ради того, чтобы выиграть пару мгновений и сообразить, что делать дальше. Однако вельменно сама пришла им на помощь:

— Мне сообщили, у вас для меня известия.

— А?.. — поднял голову щербатый. «Правильная речь» определённо давалась ему с невероятным трудом. — А! Так точно, сопожа! Несём эти… как вы сказали… «Вестия», ага.

— Мы, значит, у вашей комнаты дежурили, как господин капитан приказал, — обстоятельно подхватил рябой. — А тут, значит, прибёг Тиёс-лудильщик да сразу в крик: такое, мол, за деревней деется… Ну, а мы что? Мы его погнали с этажа-то, чтобы госпожу, то есть, вас, значит, не беспокоил, мало ли что ему приблазнилось, с пьяных-то глаз. А потом решили, что нехорошо получится, если, значит, не доложить…