Инара, хоть и не поняла ни слова, безошибочно считала интонацию. Задумалась, чуть склонив голову — точь-в-точь, как Хель — а затем несколько раз гулко постучала себя в грудь, знаком призывая Кристину повторить этот опыт. Та послушно ткнула себе в солнечное сплетение, больше для того, чтобы не ставить служанку в неловкое положение — но, помимо едва заметного толчка, ничего не почувствовала: стёганка, несмотря свой непрезентабельный вид, великолепно погасила удар. Инара удовлетворённо кивнула, будто бы говоря этим «вот видишь!», и вновь склонилась над свертком.

— Ты не подумай, я очень благодарна за то, что сделала, — спохватилась Кристина и спросила, обращаясь к Хель: — А ей не влетит за то, что она взяла для меня эту телогрейку?

Однако выслушав перевод, Инара только легкомысленно пожала плечами. В руках у неё появилась тонкая шапочка, выполненная из такого же серого материала, как и надетая на Кристину стёганка. Эта шапочка, по задумке неизвестного портного, видимо, должна была плотно прилегать к голове и подвязываться под подбородком парой длинных верёвочек.

— А может, всё-таки, обойдёмся без этого чепчика? — взмолилась Кристина. — Всё равно не поможет, да ещё и волосы придётся распускать… — Но Инара даже ухом не повела и улучив момент, быстро натянула шапочку ей на голову.

— Издевается надо мной, как хочет… Ну, а ты, — она с надеждой обернулась к Хель, — ты тоже думаешь, что без этого не обойтись?

Но та неожиданно решила самоустраниться и оставить её с деятельной служанкой наедине:

— Я не разбираюсь.

В поисках спасения Кристина огляделась по сторонам — и получила его с самой неожиданной стороны. Старательно пряча улыбку в уголках губ, к ним приближался тёмноволосый гвардеец, на ходу знаками призывая Кристину избавиться от головного убора.

— Nilsem L-Dalen, — коротко бросил он. Затем, после некоторых — и весьма заметных — колебаний последовал вежливый поклон в сторону Хель. Взглянуть ей в глаза гвардеец так себя и не заставил.

«Он всё знает», — кольнуло страхом в груди. Эйдон всё им рассказал — но могло бы быть иначе? Чудачка-аристократка, которой вздумалось попутешествовать по стране лишь в компании пары слуг, и которая упорно отказывается назвать своё имя, — такие байки хороши для жителей Формо, но не для гвардейцев, которые служат своим вельменно по многу лет, а потому могут в любой момент начать задавать неудобные вопросы. В этом смысле Эйдон был совершенно прав: лучше сразу раскрыть карты и избавить себя от проблем. Однако Кристине не нравилось, что круг людей, посвящённых в её историю, незаметно становился всё шире.