Проверив его, я стал крохотными порциями вливать в Симагина энергию. Лунин внимательно наблюдал за моими действиями.

Это было всё равно, что поливать почти мёртвое растение. Сначала энергия не хотела впитываться — она скатывалась с матрицы барона, как вода скатывается на поверхности засохшей земляной корки.

Но затем корка размокла. Энергия начала впитываться, как вода в сухой песок. Я едва успевал подливать новые порции.

Симагин судорожно втянул в себя воздух и открыл глаза.

— Где я? — хрипло спросил он. — Что вы со мной делаете?

— Успокойтесь, — ответил доктор Лунин. — Мы хотим вам помочь.

Симагин рывком попытался сесть, но его удержали ремни.

— Как вы смеете? — закричал он. — Это нападение на Императора! Немедленно развяжите меня! Я не хочу!

— Ты помнишь, что с тобой случилось? — спросил его Бердышев.

Но Симагин не слушал.

— Не хочу! — орал он. — Пустите! Это мой мир, мой!

Его губы посинели и скривились, по подбородку текла слюна.

— Я здесь хозяин! Всех казню! Это бунт!

Его безумные глаза остановились на мне. Лицо исказила торжествующая гримаса.

— Я её трахнул! — крикнул Симагин и расхохотался. — Трахнул и ещё трахну, понял⁈

Он запрокинул голову и выгнулся всем телом, стараясь разорвать ремни.

Я развёл руками.

— Извините, доктор! Это всё, что я умею. Дальше дело за вами.

— Я забираю его, — решительно сказал Александр Михайлович. — Константин! Вы можете разорвать канал, по которому из парня качают энергию? Мне для этого придётся стереть его матрицу, а не хотелось бы.