— Я просила. Лекарство. И… — она судорожно сглотнула слёзы, — Папочка сказал, что не даст!

— Почему?

— Почему-почему… Он — чародей! И он не обязан за свои действия и решения кому-то отчитываться! И вообще — у него на каждый случай — свои соображения. Так он сказал. А я тогда сказала, что никуда не уйду, пока он не даст это самое лекарство. А он…

Ну, ты уже знаешь. Использовал меня, как раздражитель, чтоб посмотреть, кто из его дочурок на что способен! А заодно — и попрактиковаться в магии.

Чтоб навык не утратить!

Да и от скуки вылечиться.

— Ну и дела. — Конан хмыкнул. Помолчал. Сказал, — Впрочем, меня они касаются мало. Наша задача сейчас — довести тебя до дома. И сдать на руки матери.

— Не сыпь мне соль на рану, варвар бесчувственный. — но особой злости в тоне девушки не слышалось, — Я ещё не знаю, жива ли она!

— Ничего. Надеюсь, через день-другой дойдём до обжитых земель. А там — и до вашей деревни.

— Ага. Если дойдём. А то «девочек» осталось ещё целых четыре!

— Ну, если они такие же глупые и самоуверенные, как те, что уже мертвы, ничего страшного или сильно опасного не вижу! Как-нибудь справимся! — Конан снова похлопал себя по рукояти меча.

— Я бы так спокойно и презрительно к ним не относилась. Старшенькая, которую зовут Ханна, даст сто очков вперёд любой из этих дур. Но я не сомневаюсь: она вначале даст «попробовать» оставшимся, сделает выводы, и уже только потом вступит в дело!

— Поживём — увидим. А что? Она действительно имеет возможность наблюдать за нами и сёстрами?

— Имеет. Папочка именно ей передал искусство работы с хрустальным шаром.

— Вот как. Интересно. А слышать то, о чём мы говорим, шар позволяет?

— Нет. Только — видеть.