— Ты кто? — грубо спросил один из них.

Парень, со свистом втягивая воздух, пытался отдышаться, а потому долго не отвечал. Воины, не привыкшие сочувствовать, злобно посмотрели на пришельца, но всё-таки дождались, когда тот придёт в себя. Наконец, сделав ещё один глубокий вдох, он произнёс: «Коби Ацфел. Глава компании Кригард».

Тотчас об этом было доложено канцлеру и начальнику тайной полиции. Приняв все меры предосторожности, юношу к вечеру впустили во дворец.

***

Громадная тронная зала, украшенная золотом и красным атласом, богато меблированная, совсем не поразила Ацфела. Юноша был так напуган и возбуждён, что не обращал внимания на окружающую его красоту. Его взгляд, больной и острый, был направлен на возвышение в конце залы, где на двух тронах восседали муж и жена — Тенеран и Эвильен Альстрайм. Император и императрица в окружении вельмож холодно смотрели на молодого человека, понимая, что он один из тех, кто виновен в могуществе Дексарда.

— Ради вас мы прервали совет, — произнесла Эвильен. — Если вам есть, что сказать, то будьте любезны начать. Иначе, вас ждёт участь весьма незавидная.

Юноша потупился; на его щеках блеснули слёзы.

— Моё имя…

— Нам известно, — перебил Адриан Греф, стоявший по правую руку от императора. — Говорите по существу: зачем явились, каковы ваши цели?

Парень после нескольких секунд раздумий ответил:

— Вы, верно, считаете, что я как никто другой виновен в нынешнем конфликте между Арпсохором и Дексардом. Это не так…

— И вы хотите рассказать об этом? — догадался Тенеран. — Если так, можете рассчитывать на внимание, но не забывайте, что лгать не в ваших интересах. Любая недомолвка может стать решающей, раз уж вы так любезно сдались нам. Итак…

Коби вздохнул и тыльной стороной ладони вытер слёзы. Когда он снова заговорил, его голос дрожал, но юноша преисполнился надеждой. Его взгляд прояснился, и паузы между предложениями стали короче. Коби чувствовал, что его рассказ — не просто история, не просто слова, объединённые мыслью… Нет, это была его исповедь, его признание собственных прегрешений, собственной слабости, неспособности противостоять злу. Аудиенция с правительством длилась три часа, в течение которых Ацфел рассказал обо всём, что мучило и страшило его. Он поведал о Сфорце, о Резе, об их планах и могуществе, бывшем, по мнению парня, поистине безграничным. Император, его жена и вельможи слушали Коби, не издавая ни звука. Даже Греф, по началу пытавшийся перебивать и задавать вопросы, теперь не смел вставить и слова. Каждый в тронном зале понимал: информация, которую предоставил Коби, бесценна. Наконец, когда солнце скрылось за горизонтом, и многоярусная электрическая люстра под потолком загорелась жёлтым светом, монолог парня завершился.