— Мои дети! — рассмеялась Реза. — Идите! Идите, и покажите мне, на что способны! А ты, Раапхорст, продемонстрируй мощь Машины. Мне интересно, сможет ли она отбиться от порождений моего безумия!

Эовин не успел ничего понять, как вдруг в небе мелькнуло нечто, отливающее стальным блеском. В воздухе за ним оставался жирный дымный след. Побледнев, мужчина пригляделся и вновь почувствовал, как холодные когти страха вонзаются в его сердце. Новое чудовище было похоже на человека, из спины которого росли четыре металлических авиационных крыла, будто когда-то бывших частью военного самолёта. Краска на них стёрлась, и сталь во многих местах заржавела, но демоническое создание двигалось так быстро, будто вместо железных обрубков за его спиной находились могучие птичьи крылья. Тело полумеханического монстра было серого цвета, а лицо напоминало безжизненную маску с белыми пустыми глазницами. Губы чудовища изредка вздрагивали, и тогда можно было увидеть железные бритвы, вмонтированные в дёсны вместо зубов.

Мужчина судорожно нажал на кнопку запуска, и из верхней части Машины с характерным звуком выдвинулись массивные орудия. Поспешно откорректировав внешние датчики и синхронизировав их с пушками, Максим произвёл активацию. В тот же миг гуд, издаваемый Граббенкригом, усилился, и пространство пронзили сверкающие и жужжащие заряды. Одни были направлены на механизированного ангела, вторые — на сколопендру с детским лицом. Оба монстра, заметив опасность, издали омерзительный высокочастотный скрежет, рванулись в стороны, но было поздно, и заряды Машины настигли их. На несколько минут пространство заволокло дымом, когда же он рассеялся, Максим понял, что своей атакой лишь раззадорил посланцев Резы. Ни на одном из них не было и царапины.

— И это всё? — спросила девушка. — Прошу, покажи больше! Ты можешь!

Раапхорст заскрипел зубами — нахальство Тиен злило его. Собравшись с мыслями, мужчина хотел было снова применить исказитель, но тотчас догадался, что здесь он не будет работать. Сила Резы состояла в том, что с помощью базисов — основ мироздания, она изменяла саму суть вещей, а потому повторно изуродовать их у Раапхорста не получилось бы. Поняв это, он в гневе стукнул кулаком по стене. Чуть остыв, он прошептал: «Остаётся только одно…»

— Ну, наконец-то! — вскричала Реза. Она щёлкнула пальцами, и её внешность переменилась: её запястья начали кровоточить, из-за колючей проволоки, возникшей из ниоткуда. Она была намотана на руки редкими кольцами, напоминавшими браслеты. От каждого такого круга к голове девушки тянулись металлические нити, образуя нечто вроде нимба, покрытого шипами. Теперь она была готова к атаке Граббенкрига.