– Братик? – раздался взволнованный голос сестры.

– Всё хорошо, – я отогнал скверное наваждение и глубоко вздохнул.

Было что-то страшное в том, что я собирался сделать. Всё же влететь в неизведанную расселину, где дуют сильные ветра – то ещё безумство. Но в моих интересах научиться летать в таких сложных условиях. Там, в горах радом с Эверестом, может быть в разы тяжелее.

– Калиса, не отставай, – я наклонил тело и, спикировав, влетел в расселину. Я сразу же почувствовал холодный ветер и чем глубже я спускался, тем холоднее он становился.

– Сиал, я за тобой.

Калиса хотела углубиться в расселину, но я настоял, чтобы она перешла на парении и подождала меня около земли. Мне хотелось кое-что проверить, и я полетел вниз. И чем глубже я опускался, тем слабее становился ветер.

Поднявшись обратно, я смог найти подходящую высоту. Примерно в двадцати метрах до края каньона дул ветер нужной силы: можно было лететь не терять скорость и высоту. Выровнявшись и заняв устойчивое положение, я пригласил сестру присоединиться.

– Холодно, как зимой в лесу, – задорно прокомментировала Калиса.

– Там внизу ещё холоднее.

– Сиал, – где-то через секунду отозвалась сестра. – А ты знаешь, что я поняла?

– То, что ты проголодалась?

– Нет, мы же недавно кушали, – невинно ответила Калиса, не поняв издёвки.

– Что тогда?

– Тут можно лететь и не махать крыльями. Так удобно!

Калиса уже на протяжении минуты ни разу не взмахнула крыльями. Это говорило о том, что мы действительно можем парить в воздухе столько, сколько захотим. У драконов явно нет физических ограничений на дальность полёта. Конечно, если не брать в расчёт усталость. Остаётся решить вопрос с количеством очков в Магии и Выносливости, но это так просто не решить.

Я распрямил крылья, позволил ветру нести меня и испытал прекрасное чувство, которое вряд ли можно сравнить с чем-то другим. Если там, наверху я чувствовал безграничную свободу, постоянно махая крыльями – то здесь свободы не было, но я наконец смог расслабиться и получить маленькую передышку. Если наверху было чувство свободы, то здесь разум окутало чувство освобождения.

Сестра чувствовала нечто подобное. Заодно она хотела, чтобы такой полёт продолжался как можно дольше. И хоть стены каньона неслись с мимо нас с огромной скоростью, сливаясь в оно сплошное месиво – это нисколько не давило на сознание. Наоборот – убаюкивало.

Предавшись наслаждению и лишь изредка взмахивая крыльями, мы не заметили, как пролетели слишком много.

– Сиал! – взволнованно прокричала сестра.